Дмитрий Бикбаев (группа «БиС»): «Я написал лучшую книгу о любви»

Эксклюзивный фоторепортаж специального корреспондента KM.RU Кирилла Зыкова

Исполняет группа «БиС»:

Этого не может быть со мной, я же выхода не знаю, вниз лечу без крыльев за спиной, словно изгнанный тобой из рая…

Дмитрий Бикбаев – артист, музыкант, участник группы «БиС». Родился в городе Уссурийске в 1988 году. С красным дипломом окончил ГИТИС, курс Сергея Проханова, после чего был зачислен в труппу театра Луны. В 2007 году принял участие в проекте «Фабрика звезд – 7», стал бронзовым призером проекта в составе группы «БиС». Дима серьезно увлекается литературой. В нашей программе вы узнаете именно об этой стороне частной жизни артиста.

Вед: Дима, скоро в свет выходит твоя книга. Расскажи, пожалуйста, о чем она будет.

Дмитрий: Если говорить о моей книге, то тут прежде всего стоит начать с ее названия: она называется «Я, смысл, любовь». Человек должен прежде, как мне кажется (я делюсь своим опытом), обрести себя, понять, «кто я и что я»; затем — понять смысл своего бытия, а потом, сама по себе, к нему приходит любовь. Собственно, если что-то из этого этапа исключить — сразу получаем несчастную, безответную любовь, кучу всяких переживаний и неврозов. Поэтому эта книга — ответ всем неврозам, всем несчастным «любовям», и ее уже прозвали «лучшей книжкой о любви». Я бы не сказал, что это — лучшая книжка о любви, но это — действительно книжка, которая посвящена тому, что такое любовь, как ее распознать и правильно определить. Безусловно, это — художественное произведение, нужно тоже отдавать этому отчет, что, соответственно, выделяет ее на фоне остальных произведений, создаваемых более-менее медийными личностями. Это — действительно художественное произведение, в коем персонаж по имени Кирилл Андреевич сначала обретает смыслы, обретает себя, и потом отвечает на простой вопрос: «Что такое любовь?»

Вед: Главный герой похож на тебя?

Дмитрий: Я пытался в предисловии сказать о том, что это — некий собирательный образ молодого человека, такого «героя нашего времени». Потому что понятно: когда Лермонтов писал, он писал о своем герое, Пушкин описывал своего, дальше был Достоевский… И, собственно, для меня всегда было интересно (может быть, потому, что я – актер) найти, понять этого современного героя нашего времени: о чем он думает, какие у него беды, проблемы, как он пытается с этим бороться, или же вообще не пытается бороться ни с чем… Т. е. именно определение этого героя нашего времени я заложил в Кирилла Андреевича, который уже понимает, что такое психоанализ, что такое философия, уже имеет за собой опыт Достоевского в школьной программе. Но при этом он по-прежнему отвечает на те же вопросы, на которые отвечали тысячи и тысячи лет назад: «Кто я? В чем смысл моей жизни, смысл бытия?». Конечно, что-то от меня в нем есть, потому что я тоже задаюсь этими вопросами, и если бы я ими не задавался, не было бы части моего творчества, а литературного творчества не было бы вообще. Но, тем не менее, я надеюсь, что книжка эта — нужная.

Книжка нужная, ибо учит молодых людей не отчаиваться и верить в собственные силы, как это делал Дима, приехав в Москву в 14-летнем возрасте. Он пробовал реализовываться в самых различных направлениях, от журналистики до артиста, но перед ним часто захлопывались двери. В актерском училище говорили, что таланта маловато, педагоги по вокалу тоже сомневались в Диминых данных, но он стал известным артистом и известным певцом.

Вед: Ты не боишься, что критики отнесутся как-то неодобрительно?

Дмитрий: Я не боюсь критики вообще. Видимо, как раз моя читательская любовь и авторская любовь к Оскару Уайльду позволяют мне достаточно спокойно относиться к критике. Оскар Уайльд, в частности, критику не любил и вообще считал, что критики – это те люди, которые мало чего понимают в этой жизни. На самом деле я — всегда за концептуальный разговор по теме, по делу. К сожалению, у нас сейчас очень плохих критиков — столько же, как очень плохих людей, которые производят творчество. Вот пусть они там и общаются. Что касается людей, которые действительно посвящают свою жизнь творчеству, готовы слушать нормальные диалоги, разговаривать, развиваться, то я уверен, что те критики, которые действительно захотят что-то сказать, поговорить со мной, повлиять на мое творчество… Мне – только 21 год: из меня, конечно, второй Достоевский навряд ли получился пока, но я на диалог готов, и готов к критике. Но у меня – долго идущие планы, и я готов пока только впитывать, и уж никоим образом не заниматься самобичеванием. Я готов развиваться дальше и чувствую эту канву, куда это все идет, и пока мне это все очень нравится, и краев не вижу. Если уж будет какая-то критика, то я скорее восприму то, что мне нужно, а что мне не нужно, я отправлю в долгое плавание.

Вед: Где и как писалась книга? На обрывках, ночами…

Дмитрий: Нет, у меня все очень структурировано, что касается каких-то фантазийных моих придумок. В частности, у меня есть специальная тетрадка, я пишу от руки, и потом мой замечательный администратор все это как-то пытается перевести в электронный вид. Изначально, когда я задумывал это произведение — написал я его год назад, уже более-менее оно было сделано. Затем я понимал, что нужно его дополнить чем-то еще, потому что любовь любовью… Ну, вы поймете: нужно прочитать книгу, она состоит из двух частей, и первую часть я написал давно. Но вторая часть… Я долго думал — либо это поэзия, либо это новеллы какие-то; и вдруг мне предложили вести авторскую колонку в молодежном журнале. И я, естественно, согласился, но долго размышлял, что именно может заинтересовать современного молодого читателя на страницах популярного издания, где в основном картинки смотрят. И как раз тогда появился мой герой, Кирилл Андреевич, который на страницах еженедельного издания каждый раз задавался какими-то философскими вопросами и пытался как-то на них отвечать. Собственно, именно эти рассказы, которые полгода выходили в журнале, и составили вторую часть моей книги. Т. е. я их, конечно, переработал, объединил в некое общее действие (мне важно, чтобы книга оказывала определенное действие), и если ее прочитать от начала до конца, действие происходит. Уже проверено и доказано, что человек ее читает как бы в одном состоянии и заканчивает читать — в другом. Так вот, эти рассказы (часть из них) я переработал, переделал, подвел под общую канву всего, что есть во второй части книги, и получилось, как мне кажется, очень хорошо.

Что касается вдохновения, то его писатель Бикбаев черпал в литературе Оскара Уайльда и терапевтических книгах Андрея Курпатова.

Вед: Как вы познакомились с Курпатовым и часто ли его читали? Я когда читала о том, что ты написал книгу, постоянно встречала эту фамилию. Вообще, почему он появился вдруг?

Дмитрий: Он появился только потому, что он был педагогом на «Фабрике звезд – 7». К сожалению, я в своей жизни не так много общался с признанными писателями, которые продают миллионы книг ежегодно. У меня был опыт общения, скажем, с Андреем Максимовым, но он — больше драматург, и от него я тоже много чего взял, что касается драматургии, построения театрального какого-то действа, перенесения его на бумагу. Но что касается, скажем, художественной литературы, психологической, философской… Конечно, одно дело — читать книги по философии, и другое — иметь возможность общаться с человеком, который их создает, направляет. Собственно, Андрей Владимирович был как раз педагогом на «Фабрике», так и сейчас остался, посредством своих книг, посредством разговоров со мной. Кстати, он очень неодобрительно отнесся к тому, что эта книга все-таки будет. Но, тем не менее, я считаю, что это — очень важный этап для меня.

Вед: Кто твой первый читатель?

Дмитрий: Ни родители, ни друзья. Я даю своему администратору, моему директору, «всему-всему» и, конечно, прежде всего другу – Юле. Она смотрит и говорит: «Это — да…». Я говорю: «Ну что «да», что?!»; она: «Ну да, это интересно». Она как раз все это перепечатывает и с этим мучается. Помните знаменитую жену Толстого? Ей все прочили половину успеха мужа, потому что он писал очень мелко, на полях и непонятно где, а жена садилась и долгими ночами все это переписывала и создавала из этого произведения.

Вед: Она писала и стихи тоже.

Дмитрий: У меня почерк несколько более разборчивый, и Юле не так тяжело, но все-таки мне ее мнение как действительно очень много читающего человека (в т. ч. современной литературы) и хорошо воспитанного очень важно.

Вед: Кстати, впервые Дима взял в руки перо в ГИТИСе. Ему захотелось играть в собственных пьесах, поэтому он стал придумывать их для себя. Естественно, делать это было запрещено, поэтому он писал под всяческими псевдонимами.

Дмитрий: Господи, сколько у меня было псевдонимов!

Вед: Например? Несколько хотя бы…

Дмитрий: Мне жутко нравился фильм, там, помню, у меня был псевдоним «Домини Кутруа». Потому что никто не знает, кто это, но что-то серьезное. Ну, мальчик нашел какой-то отрывок, и дай Бог ему. Потом мне нравился фильм «Полное затмение»: я взял оттуда имя режиссера. Пусть оно женское, но я тоже знал, что никто не прикопается, это «Агнешка Холланд». Звучит серьезно... Собственно, тогда как раз я начал писать и задумываться о том, что как-то все это нужно выстраивать; начал любить своих персонажей, которых я там выписывал, отнесся серьезно. Конечно, руку я набил именно на этой еженедельной рубрике, которая выходила в журнале, и действительно, это было очень непросто, потому что надо было писать постоянно, и каждый раз — что-то новое. Появилась целевая аудитория, которую нельзя было разочаровать, а наоборот, удивлять с каждым разом все больше и больше… чем я, собственно говоря, и занимался на протяжении полугода. И, конечно, грустно было расставаться, но впереди — новый роман.

Вед: Обложка книги уже утверждена? Кто будет на ней, ты?

Дмитрий: Да, я. Мы очень долго спорили, все это рождается в невероятных муках. Так случилось, что все принимается – я и команда людей, с которыми я работаю, моя команда. И мы все вместе долго думали: мы сначала хотели сделать ее белой, потом решили, что белый цвет — очень маркий. Потом решили сделать ее черной, потом — темно-серой, и все это постоянно менялось. В обложке заложена история: один человек, если он внутренне силен, морально чист, светел и уверен, пробьет любую темноту, не будет бояться одиночества и вообще ничего. Наоборот, все будет от него отступать, и он обретет самое главное – любовь. К чему угодно: к жизни, к любимой девушке, к молодому человеку и т. д.

В последние годы все больше и больше артистов выпускают собственные книги. Кто пишет о еде, кто — о спорте, кто — о собственном муже… Писать книги стало модно. Для Димы же его книга – откровение и вовсе не очередной повод обратить на себя внимание прессы.

Дмитрий: Для меня это — не очередная пиар-история, как для многих. Я знаю: ходят артисты по изданиям и говорят: «Возьмите мою книгу, пожалуйста».— «А что, ты хоть сам (а) написал (а)?» — «Нет, но вы же исправите!»… Собственно, это — не мой путь. Я книжку написал сам. Я этим горжусь и уверен, что она произведет очень хороший эффект на молодого читателя, потому что я не претендую ни в коем случае на взрослую аудиторию. Хотя если они прочитают — я буду рад. Я уверен, они не разочаруются и плеваться не будут, но все-таки для меня очень важна молодежь — те, за кого я несу ответственность. Потому что творческие люди все-таки несут ответственность перед теми людьми, которые увлекаются их жизнью, их образом жизни, их какой-то философией и т. д. и т. п.

Что ж, впереди у Димы Бикбаева — презентация своего литературного детища. Певец останавливаться на одной книге не собирается: как выяснилось, на подходе — второй роман.

Дмитрий: Уже идет работа над другим произведением. Это будет роман о том, как молодой человек приезжает в Москву. Все очень легко и просто, казалось бы, но обычно бывает, что судьба ему ничего не дает, а тут ему дает всё. И дальше случаются ужас, катарсис… и куда это его выносит – посмотрим.

Партнер — ПРОЕКТ ПЕРСОНА РОССИИ