Кто станет президентом Украины?

14.01.2010, 15:00

Говорит и показывает KM ТВ, здравствуйте.

Ведущий программы Петр Татарицкий. Сегодня на карте обсуждения в рамках Круглого стола – Украина. Гости Круглого стола президент фонда «Русские» Леонид Шершнев и писатель Максим Калашников. Здравствуйте.

Калашников, Шершнев: Здравствуйте.

Конечно же, происходящее на Украине не может не беспокоить жителей государства российского. По-прежнему исторические, культурные, духовные, дружески и кровные отношения связывают Россию и Украину. На сегодняшний день мы становимся свидетелями финального этапа предвыборной кампании на Украине, и, конечно же, всем известно, что так называемая «оранжевая революция» заметно ухудшила отношения между Россией и Украиной. Первый вопрос нашим гостям. Изменится ли вектор украинской политики в случае избрания нового президента? Как вы считаете?

Калашников: Леонид Иванович, на правах старшего, начните.

Шершнев: Пожалуйста. Я думаю, что из всех зол оптимальной будет победа Януковича. Конечно, Янукович уже трижды подводил нас и свой собственный украинский народ, но, тем не менее, у Януковича есть ряд преимуществ. Он ближе к экономике, ближе к России, ближе к православию. Я, например, знаю, что его духовник, старец Зосима, был приверженец именно канонической православной церкви, в отличие от всех других кандидатов, которые там есть, в частности, и Юля Тимошенко, Ющенко и другие. Поэтому я думаю, что этот вариант, при всем моем неоднозначном отношении к Януковичу, был бы наиболее оптимальным в данной ситуации, и его победа на выборах будет в какой-то мере все-таки означать большую приверженность пророссийскому курсу.

Существует информация о том, что уважаемый нами господин Янукович выдвигал по-прежнему очень много пророссийских лозунгов, но принимает мало каких-то действенных усилий и мер для претворения их в жизнь. На ваш взгляд, есть ли, может быть, какие-то другие достойные фигуры лагеря пророссийски настроенных политиков?

Калашников: Давайте, я попробую все-таки ответить.

Пожалуйста, Максим.

Калашников: Ждать крупных изменений в политике бывшего СССР не приходится, потому что, честно говоря, «оранжевая революция», в общем-то, по большому счету, стратегический курс не изменила, да и Кучма шел в НАТО, между прочим, и Кучма не придавал статус второго государственного языка великорусскому языку, и нельзя сказать, что Тимошенко и Янукович – кто-то из них пророссийский кандидат. Пророссийских кандидатов на нынешнем большом украинском небосклоне – нет. Дело в том, что в Москве к выборам на Украине не готовы, потому что нужные политические силы надо умело выращивать, помогать им, не стесняясь никаких обвинений во вмешательстве каком-то, это наша, русская земля, между прочим. Мягко говоря, своего кандидата и свои силы нужно умело объединять, умело культивировать и умело им помогать. Этого не было сделано, соответственно, в начале 2000-х годов, и этого не было сделано с конца 2004 года, и это непозволительная, вернее, непростительная ошибка. Эти выборы РФ уже проиграла, теперь нужно готовиться к выборам, соответственно, какого там… 2010 года уже. И еще один момент. Пока РФ не дала примера несырьевого успешного развития, хорошей, качественной жизни, привлекательной модели такого развития, ни о какой пророссийскости на Украине и речи быть не может, потому что люди шило на мыло менять не хотят.

Вообще, мы занимаем как бы особую позицию по отношению к той же Украине, очень особую, с одной стороны, нейтральную, хотя я абсолютно согласен с вами, что быть безучастными к тому, что происходит на Украине с позиции, допустим, политической силы и каких-то экономических рычагов управления, невозможно. Абсолютно согласен с тем, что это вообще с давних времен Киевская Русь. Возможно ли повторение «оранжевого» сценария в нынешней ситуации?

Калашников: Я думаю (простите, что я выступлю первым), что нет – выгорел материал, разочарование, конечно, наступило, оно чувствуется, в октябре был в Донбассе, и это очевидно. Но там созрел совершенно новый материал, который никто не использует, это молодые ребята, не знаю,— Гаркавенко тот же, Марков в Одессе и еще ребята молодые. Они говорят: мы — русская земля, на самом деле, мы русское государство, не некая окраина, мы не некая прозападная часть Европы, мы — русская земля, давайте создавать новую Украину, технократическую, на прорывных технологиях. Но поскольку я давний приверженец такого развития, то они на меня выходят. Просто интересно – мне буквально в последние дни пошли как-то обращения — помогите, достучитесь в Москве. Их же никто не пытается объединить. И потом, я приведу один такой пример: представьте себе, что Алексею Михайловичу в 1653 году сказали: «Поляки давят вообще украинцев-малороссов, православные братья погибают», и Алексей Михайлович бы сказал: «У нас другое государство, оно же 3,5 века в составе Речи Посполитой, Великого княжества литовского, мы не можем вмешиваться, это их проблемы». Извините, далеко бы ушла Россия на тот момент в будущем, если бы она так относилась?

14.01.2010, 15:06
Я так понимаю, что корень этих вопросов лежит в отношениях России и западных держав, и той же Америки, наверняка.

Калашников: Я бы даже сказал чуть-чуть глубже – корень этих отношений находится в матрице, лежащей в основе души нынешней российской элиты. Она себя, вообще, ассоциирует с русской землей? Она признала итоги 1991 года, признала, что Украина – Малороссия - и есть отрезанный ломоть? Или она все-таки проникнута духом русского единства? До того была элита (и советская, и царская), в которой все-таки жило чувство воссоединения русских земель, вспомните, а в этой элите, по-моему, нет. Корень зла, то есть корень проблемы, видимо, все-таки в нынешней элите РФ.

Если смотреть более объективно, на сегодняшний день есть на Украине силы, реально ориентированные на сближение с Россией?

Калашников: Есть, безусловно. Они просто разобщены сейчас, и они находятся в обороне. Им очень трудно объединиться, сама реальность украинской самостийности, укро-национализма, она не дает им объединиться. Но это русские люди, тот же Олесь Бузина, какая фигура! Как поступают в Москве: им говоришь: «Раскручивайте, ставьте на новых», они спрашивают: «Не на кого ставить, кроме как на Януковича, никто другой не известен, на этих ставить, они неизвестны», я говорю: «Так сделайте их известными, готовьтесь к этому заранее». Олесь Бузина - это же мужик, если сказать, кремезный, как говорится, малороссийский, он же написал книгу «Вурдалак Тарас Шевченко», в котрой показывает, где эти корни ненависти заложены внутри русских, он, кстати, белогвардеец по взглядам, те - красно-коричневые, он - белогвардеец, они прекрасно спелись, он говорит – нужно же единство русское, да еще и Казахстан, между прочим, половцы нам нужны, нужна единая союзная держава. И он на себя нападения выдерживал, такой, бритоголовый, так сказать, крепкий мужик. Так поддержите эту фигуру, и того же Олега Бахтиярова, того же Гаркавенко, Маркова. Кстати, из них блок можно составить, и если отсюда пойдет их поддержка (не надо вмешиваться, поддержите информационно), они быстро наберут свой фронт, свой электоральный корпус. Но ведь этого никто не делает, все по старинке – «как олигархи договорятся», «нет никого кроме Януковича». Но если мы так будем работать здесь, то - да, мы допрыгаемся до того, что Украина вступит в НАТО, безусловно. И более того, налицо страшная опасность, что с западной Украины начнутся карательные рейды на русском востоке, и к этому дело идет, я просто чувствую, как идет, потому что Украина попала в сложнейшее положение – западная часть депрессивная, она должна сосать соки из востока, промышленного, шахтерского, портового, но, высасывая соки, она не дает ему обновлять инфраструктуру и промышленность, и там это все начинает заваливаться, и люди там недовольны, и, значит, с запада пойдут боевики подавлять недовольство, мы можем прийти и к такому, и это очень страшно. Надо не допустить такого сценария, для этого надо работать уже сегодня. Извините, что несколько затянул монолог.

Замечательный момент обсуждения. Президентская гонка, ее финальный этап на Украине - главные претенденты и их основные положения, их программы?

Шершнев: Чуть-чуть больше у Януковича пророссийских акцентов. Все остальное - одно и то же. И как раз, я бы сказал, что Украина на этом голосовании вроде попыталась поставить цивилизационный выбор между, скажем, Европой и евразийством. Они там даже не ставят как бы «прорусскость» – между русскими и Европой, а именно крен сделали между Европой, это вхождение в НАТО, вхождение в Евросоюз, и евразийством в каком-то более широком плане. Это уже, конечно, в известной мере, ущербность, потому что нам нужно, однозначно, явно пророссийский крен на Украине и формирование пророссийского блока или русского блока на Украине, выход его на выборы как самостоятельного. Это в значительной мере решало бы эту задачу, но, к сожалению, наши власти так вопрос не ставят.

Почему политики левого спектра потеряли былую популярность на Украине на сегодняшний день?

Калашников: Вы знаете, видимо, они теряют популярность по той же самой причине, что и в РФ. Они «мертвые». Посмотрите здесь на Зюганова, а там на Симоненко. Они, кстати, очень похожи. То есть вечное ностальгирование по Союзу, но по Союзу не лучших времен, а уже загнивающих, и неспособность предложить что-то новое. У них нет искры, огня. Понимаете, надо идти вперед. Я тоже очень люблю Советский Союз, но я понимаю, что нужно двигаться именно вперед, что Союз не решил проблем. Они играют на этой ностальгии, и о чем говорят – пенсии повысить, пособия – неинтересно. Они не говорят уже на другом языке, и они теряют, в общем-то, своего избирателя.

14.01.2010, 15:12
Хитрый вопрос, но, тем не менее, мы его сейчас зададим – кто победит на выборах?

Шершнев: Я уже изначально на этот вопрос ответил, что практически в любом случае (я согласен) Россия проиграет, но формально победит Янукович.

Калашников: По социологическим опросам он в 1,5 раза пани Юлю опережает. Но вы знаете, когда вы попадаете в Донецк и увидите (я вот попал в Донецк) предвыборные плакаты… Смотрю - Лев Лещенко что ли? Такой, закругленный красавец, но нет - Янукович, а Юля Тимошенко - в каком-то хищническом стиле, смотрю - черный плакат и там зеленая надпись: «Вона противе, Вона Украина», и я думаю - кто «она», какая-то «Кристина», машина ожившая… А, это же Тимошенко! И насколько более в фантазии она. Янукович - он действительно человек некоего такого закругленно-аппаратно-брежневского толка, а пани Юля, це действительно такая, ведьмочка, конечно. Честно говоря, я к ней не питаю никакой любви, но она категоричная.

Шершнев: К слову сказать, она же, видимо, не случайно в октябре 2009 года в Израиль ездила и стояла у Стены Плача, вымаливала себе и деньги, и, видимо, все остальное на эту избирательную компанию.

Калашников: Вы знаете, я бы тут добавил, что, если победит Янукович, она превратится в гарпию, которая будет его терзать, она ему жить спокойно не даст, и Украина продолжит существовать в таком же режиме расколотом. Олег Бахтияров, очень интересный психолог, мой большой друг на Украине, такой, прорусский политик, говорит, что там останется «шизархия». Сейчас на Украине существует «шезархия» - расколотая власть. В РФ невозможно представить, чтобы президент называл премьера изменником, тот в ответ оскорблял его. Все это продолжится на Украине в таком же порядке. Но дальше, я боюсь, это может вылиться в те самые рейды боевиков, а это кровь, в конце концов.

Шершнев: Они уже попытки делают. В Крыму уже было несколько вылазок таких.

Калашников: Если ты побываешь на Украине, такое впечатление, что они готовятся к войне, что завтра война.

Смотря объективно на всю эту ситуацию, можно говорить о том, что народ живет отдельным образом, а политические или проэкономические круги живут совершенно по другому сценарию, и эти сценарии никак не влияют на жизнь народа?

Калашников: Скажем так, влияют частично.

Можно удивляться, но, в конце концов, должно произойти что-то, чтобы эту ситуацию изменить, и, конечно же, стоит России попристальнее присмотреться к ситуации.

Шершнев: Я хочу сказать, что в данном случае некоторые (особенно - военные) на Украине, они сейчас готовятся к сценарию после выборов. Они считают, что выборы осложнят обстановку, и там уже формируется национальная гвардия (формирует генерал Скипальский, проводит такую линию), формируются какие-то дружины на тот случай, чтобы удержать ситуацию под контролем и не допустить ее развала.

В итоге, какой все-таки должна быть политика России по отношению к Украине?

Калашников: Она должна быть, безусловно, активной, должна быть ориентирована на воссоединение, на сильное русское ядро в бывшей УССР, она должна оказывать всяческую помощь этому русскому ядру, она должна подрывать позиции этого укро-нацизма Бандеровско-галичанского или Галицийского. И такие возможности есть, об этом можно говорить очень долго. Мы не должны рассчитывать на олигархов, типа Рината Ахметова, потому что если на западе Украины тамошний националистический бизнес финансирует боевиков, того же Тягнибока, то Ринат Ахметов строит стадион за 200 млн евро. Извините, если бы Ахметов потратил бы это на подготовку, я не знаю, Донбасской молодежи, на ее образование, физическое и прочее развитие, тогда было бы гораздо полезнее. То есть нужно активно влиять, не признавая, простите, итогов 1991 года, как бы это не экстремистски звучало. Пусть это будет негласно, но так должно быть. Предложения есть, люди есть.

Шершнев: Я просто только добавлю маленький момент в том отношении, что мы должны понимать и отказаться (как это у нас делают) от того, что русские на Украине это какое-то национальное меньшинство. Это, наоборот, - государство-образующее, стержне-образующее ядро украинского государства.

Испокон века так было и остается.

Шершнев: Мы, к сожалению, начинаем уговаривать - сделайте государственным русский язык, и прочее. Тут не уговоры должны быть, должна быть жесткая линия.

Что мешает экономической интеграции России и Украины?

Калашников: Попробую ответить на этот вопрос, потому что, действительно, немножко в теме. Не осуществляются очень многие выгодные взаимные проекты. Например, очень многое для интеграции дал бы проект создания перспективного дальне-магистрального самолета, не средне-магистрального, как «Сухой Супер-джет», а именно дальне-магистрального, тяжелого транспортного самолета. Если мы наладим кооперацию с «КБ Антонова» и с «Мотор Сичью», а они, кстати, очень хорошо сохранили свой потенциал в отличие, например, от «Илюшина», то мы могли бы создать совершенно новый самолет, которого нет в программе «Объединенной Авиационной корпорации», и спаять воедино высокотехнологичный сектор, поскольку, на самом деле, Минавиапром Советского союза «Мотор Сичь» не заменил. Это один момент. Есть примеры таких совместных программ, я уверен, в сельском хозяйстве. Надо вовлекать активных людей, и также бизнес востока Украины, и в Донбассе можно было бы очень многое, на самом деле, сделать. Поверьте, в общем-то, это предмет Доклада, очень не хочется это делать набегу. Если, мягко говоря, Максим Калашников был бы президентом, я выдвинул бы такую программу или выслушал ее, но если меня пригласят, я готов представить ее наметки и людей привести. Просто в экономическом плане (извините, Леонид Иванович, что я столько говорю) в большинстве сводится к газу, а там кроме газа всего много.

Шершнев: Я хочу добавить маленький вариант. Все равно, без политических решений, без политических договоренностей не может быть и экономических решений, тут все взаимосвязано.

Калашников: Маленький пример – вместо того, чтобы купить на 95% готовый крейсер «Червона Украина» (он по-другому сейчас называется), он был законсервирован: русских ждут. Купите! Нет, собираются покупать французский «Мистраль». Есть вопросы?..

14.01.2010, 15:19
Насколько объективен характер энергетических споров между Киевом и Москвой?

Шершнев: Я думаю, что в основе этого спора все-таки лежат изначально частные интересы в значительной мере, потому что на этом нашем газе, на поставках газа на Украине очень многие нажились, а вместе с ними и наши нажились. Скажем, тот же Черномырдин был послом – так он же блюл интересы определенных кругов, которые зарабатывают на этом газе. И поэтому для меня этот энергетический спор - это спор в одной и той же плоскости, в одной и той же команде.

А плоскость остается прежней.

Калашников: Скажем так, там создалась некая неформальная группа, и Украина не весь газ потребляет, поставляемый им, часть уходит на экспорт по серым или теневым схемам, поэтому, на самом деле, действительно, есть такой момент. Кроме того, украинская экономика – укро-нацисты превратили ее в нищую страну третьего мира, и экономика настолько слабая, что стоит выбор: либо заплатить пенсии и пособия, либо заплатить за газ. Все немножко тупиковое.

При новом президенте Украины возможно ли присоединение Украины к Таможенному Союзу Россия, Белоруссия, Казахстан?

Шершнев: Я лично думаю, что все-таки возможно, потому что Янукович может на это пойти, тем более что они от этого выиграют. У них есть определенные расчеты, что они от этого выиграют. В данном случае, это даже совпадает с интересами украинских олигархов, и к тому же для восточной Украины это спасение, поэтому есть смысл.

Могут ли Россия и Украина перейти на рубль в расчетах в рамках двусторонней торговли?

Калашников: Вы знаете, не раньше, чем в РФ эти расчеты перейдут на рубль, как минимум, понимаете? То есть, конечно, я не стал бы здесь выносить окончательного суждения, но «де-долларизация» экономики и в РФ-то пока еще не прошла, и потом, в кризис все-таки большая вероятность, что доллар сохранит позиции по счетам - наши местные валюты, они все-таки зависимы.

Другая категория вопросов. Как сложится дальнейшая судьба Черноморского флота, который базируется по-прежнему в Крыму? Вообще, Крым - это тоже отдельная такая, горячая точка для наших, российско-украинских отношений. Какова будет судьба Черноморского флота?

Шершнев: Я думаю, что в любом случае Россия должна, по крайней мере, сохранить Черноморский флот в Севастополе, то есть на Черном море. И я думаю, что Крым сам по себе не позволит, даже если бы мы захотели, уйти оттуда Черноморскому флоту – это второй довод в эту пользу. И, в-третьих, даже украинские националисты, они все-таки частично наживаются на нашем Черноморском флоте, и это тоже в какой-то мере будет сдерживать от того, чтобы требовать оттуда его однозначного и скорейшего вывода.

Калашников: Я тоже попробую сказать свою часть. Я думаю, что здесь, к сожалению, Черноморский флот умирает естественной смертью, это уже не флот, это флотилия, в общем-то, отряд кораблей. Здесь, конечно, уже велика вероятность того, что в 2017 году там на плаву останется уже очень мало единиц. И еще один момент. Укро-националисты не могут обеспечить процветания Украины, и чем больше будет просаживаться их экономика, тем больше они будут эту проблему надувать, а дальше возможны варианты. В Крыму есть еще один фактор - это татары, татарский национализм, и Крым может просто взорваться, как Чечня, мягко говоря, стать то ли первым Крымом, то ли второй Чечней, а скорее, первым Крымом, там ситуация сложнее. Там может возникнуть узел сильного конфликта, и тогда будет плохо всем, на самом деле. Поэтому еще раз говорю - нужна активная политика, и, кстати говоря, мы должны настаивать на федерализации Украины очень сильно, нам нужно поднять статус восточных областей, они экономически сильнее. То есть здесь действительно нужна комплексная политика.

Шершнев: Кстати, Янукович на позициях федерализации Украины.

Это неплохой симптом. Может ли получить русский язык статус государственного на Украине, в случае победы Януковича, или об этом очень рано сейчас говорить?

Шершнев: Сложно сказать, потому что совершенно недавно он сделал заявление, что не будет менять Конституцию ради русского языка, понимаете, поэтому, очень сложно сказать. Но жизнь все равно заставит их ввести русский язык.

Калашников: Здесь возможны варианты. На 80%, конечно, он не будет давать этого статуса, чтобы не конфликтовать с западными областями, но, может быть, в рамках некоего нового федерализма русский язык получит этот статус. Кто его знает. И все еще очень зависит от того, как будет мировой системный кризис развиваться, и как Украина в нем будет держаться.

14.01.2010, 15:24
Насколько реально вступление Украины в НАТО при новом президенте?

Шершнев: Во-первых, именно при Януковиче впервые начались переговоры о вступлении Украины в НАТО, еще когда он был премьер-министром. То есть делать Януковича активным противником НАТО тоже, видимо, не стоит, но все-таки определяющая часть украинцев выступает против НАТО, и у них уже записано это. И делать, я думаю, не в интересах Януковича точку раскола - не успев стать президентом, ставить вопрос о НАТО не в его интересах.

Калашников: Вопрос будет отложен?

Шершнев: Да, будет вопрос отложен на какую-то перспективу.

Калашников: И, конечно, в зависимости от политики Запада, того, как они будут действовать: будут ли соблазнять кредитами и прочее. Украина интересна именно как плацдарм, как площадки, как порты, но в военном плане украинские вооруженные силы деградируют очень стремительно.

Оказывает ли сегодня Запад какое-либо воздействие на ход предвыборной компании на Украине?

Шершнев: Несомненно, оказывает. Кстати, во всех штабах, в том числе и у Януковича, работают американцы. И у Тимошенко, и у Ющенко, и, в том числе у Януковича работают американские советники очень активно.

Калашников: Представительство НАТО, представительство ОБСЕ работают и в западных областях, во всех этих фондах они работают, и на востоке Украины, про запад я уж вообще не говорю. Они молодежь возят… РФ ничего не делает, те работают на полную программу.

Каким может быть отношение России к этому? Это первый вопрос, а второй вопрос – каково отношение украинцев к тому, что делается в подготовке и в проведении предвыборной компании? Что вы ответите?

Калашников: Деморализация и частичная обида – «что же вы нас не поддержите». Ведь немного нужно-то. Почему, не знаю, бандеровская молодежь увозится куда-нибудь, в Польшу, в лагеря для идеологической обработки? Что, в Белгородскую область что ли нельзя вывезти Донбасскую, Крымскую молодежь, Одесскую? Ведь никто же этого не делает. С одной стороны, они, конечно, и себя немного винят, там сложная ситуация, но все-таки есть обида – «не бросайте, ну что же вы…». Вот донбассцы, они говорят - это же трагедия, что мы здесь маскали, а у вас – украинцы, между двух огней. Здесь надо предпринимать шаги.

Шершнев: Вообще, к сожалению, еще при Горбачеве утвердилось это понятие, что Россия как государство – предатель, и, по существу, в умах русских на Украине закрепилось, что их тоже по-своему Россия предает.

Калашников: Причем в Москве принимают как факт, что есть некая единая украинская нация. Нет ее! Как минимум, четыре группы есть в нынешней Украине, а всех объединили под украинцев. Надо же как-то дифференцировано вести политику.

Наша встреча в рамках Круглого стола сегодня близка к завершению. В итоге, как вы ответите на такой вопрос. Мы надеемся, что наша зрительская аудитория внимательно отнесется к тому, что мы сегодня обсуждали. Но мы приглашаем на эфиры представителей, скажем так, общественных организаций или общественных деятелей, но очень важно совершение поступка, поэтому, в частности, мы так же надеемся, что нас услышат реальные политики, возможно, и первые лица государства. Тем не менее, разговоры могут остаться разговорами, и тема для обсуждений - всего лишь темой для обсуждения. В чем реальная возможность быть услышанными, или в чем реальная возможность начать действовать?

Калашников: На нашем уровне?

Хотя бы.

Калашников: Не знаю, и Леонид Иванович скажет, что…

Я прошу прощения… Спектр вопросов, он может так и остаться спектром вопросов.

Калашников: Я не знаю, я вел борьбу за умы и сейчас продолжу, постараюсь поддержать новые образующиеся силы на Украине, которые захотят быть именно за русскую Украину, за единство, за совместный технологический прорыв. Вот этих молодых ребят я своими возможностями, возможностями своих Интернет-ресурсов, я их поддержу. Если мы создадим общественное мнение, то все-таки начнем траекторию событий менять. Понятно, что это путь очень трудный, но это хоть что-то.

Шершнев: Я в этом плане как раз бы развивал общественную дипломатию. Надо общественную, народную дипломатию развивать, причем, по разным линиям, начиная – едешь в поезде, веди разговор с тем же украинцем или русским на Украине, в приграничных районах, на радио. Сейчас очень большие возможности у вас в Интернете. Почему, допустим, нам не завязывать на этом уровне, народной дипломатии, личные контакты с людьми, живущими на Украине, и оказывать им моральную поддержку? Понимаете, они очень в ней нуждаются, потому что там тем более официальные каналы закрыли – доступ к кинофильмам и прочее, все, что касается русского языка, - закрыто, а Интернет пока еще дает возможность для таких каналов. Я бы все-таки перешел в большей степени на общественную дипломатию, а тогда через общественную дипломатию подтянется и государство.

Наша встреча завершается в прямом эфире. Участники Круглого стола – президент фонда «Русские» Леонид Шершнев и писатель Максим Калашников. Мы благодарим вас. Дорогие друзья, оставайтесь с нами. Как будут развиваться события, покажет время, мы пристально следим за развитием ситуации. До встречи. Ведущий программы Петр Татарицкий.