Тимур Родригез: «Мне нравятся умные, разносторонние девушки модельной внешности»

09.08.2010, 15:00

Всем привет. В эфире КМ ТВ «Разговор со скрипом» и я, Михаил Скрипач.

В гостях у нас шоумен Тимур Родригез. По-моему, более полноценно твою специальность не обрисовать.

Я думаю, что да.

Насколько нам дым Отечества приятен, я уже не буду говорить, но переместимся мы довольно-таки далеко. Скорее в Юрмалу, на Балтийской побережье. Ты прибыл оттуда совсем-совсем недавно, и давай, делись своими впечатлениями.

Ты знаешь, было бы все прекрасно, если бы, приехав из Юрмалы, я спокойно лег бы в кровать, поспал хотя бы два заслуженных часа. Но ничего подобного. Я только сошел с поезда, довез вещи до дома, пообедал, увиделся с семьей…

Вдохнул «свежий» московский воздух…

Попытался это сделать. И быстрее на съемки. На одни съемки, потом с одних, на вторые и так вот в течение последних пяти дней. Поэтому, я могу сказать, что как-то так, ощущение от Юрмалы, оно могло бы смаковаться, собственно говоря, в течение недель, но оно как-то притупилось тем, что я вновь влился в рабочую какую-то атмосферу. Причем, сам понимаешь, несмотря на то, что юрмальская работа, это вроде как работа…

Но, тем не менее, побережье дает о себе знать.

Да, прекрасная погода. По сравнению с Москвой, Юрмала вообще просто квинтэссенция всех наших желаний, собственно говоря, относительно климата и всего остального, поэтому я могу сказать, что это было чудесно.

Теперь о музыке. Итак, мне кажется, что итоги этого конкурса довольно-таки интересные.

Они неожиданны.

Интернационально-интересные, так скажем.

Совершенно верно, потому что никто не мог предугадать в принципе не «приз зрительских симпатий», ни победителя уж тем более. Я могу сказать, что в принципе любая Юрмала, как правило, начиная если не с первого, то со второго дня, это уже сложившийся состав фаворитов, и можно предугадать все, что угодно.

Но не в этот раз.

Да, абсолютно. Я могу сказать, что мы, когда сидели в зале, и я видел Сону, которая победила, которая пела в первый день, армянская певица – собственно говоря, победительница «Новой волны», она пела потрясающе. Но пела, при этом, хит, который, так скажем, в 80% аудитории был не так хорошо известен, как, например, любые другие песни, которые исполнялись ее соперниками. Но при этом, для меня было очевидно, что она профессиональный человек, она очень крутая певица и то, как она это исполняла, это было очень здорово. Несмотря на то, что многие говорят об определенной культуре исполнения и т. д., я считаю, что культуры в ее исполнении было достаточно, просто для многих исполнение джаза, так скажем, соло, фанка и всего приближенного к данному стилю исполнителями с Кавказа, для них это нечто похожее на Сосо Павлиашвили. Я так не считаю, потому что я, во-первых, обожаю Сосо Павлиашвили, во-вторых, у меня очень много друзей, как раз и армян, и грузин, и азербайджанцев, и я могу сказать, что например, если мы говорим о грузинах, то это одна стилистика исполнения, если мы говорим об армянах – другая, а азербайджанцы — это совершенно третье. Но при этом, я считаю, что это интересно, то есть как минимум, в этих людях, заложены такие пласты именно культуры музыкальной, такое количество исполнителей ими прослушано за все время, собственно говоря, их взросления, что можно только порадоваться, потому что-то, что они хотят исполнять на конкурсах, говорит о том, что их музыкальная культура, их желание быть как раз в мейнстриме в правильном, это то, что может радовать тебя действительно на 100%.

Если грузин не умеет петь многоголосно, то мне кажется, ему в графе «национальность» просто можно ставить крест и т. д. Второе место у нас, по-моему, была Украина, да?

Второе место была Украина, а третье Эстония с ««Prince Charming».

Что не хватало российскому исполнителю, по твоему скромному мнению?

На мой взгляд, когда ты выходишь к публике, ты, прежде всего, должен помнить, что ты это делаешь для нее. И даже если тебе очень нравится, как ты поешь, засунь себе куда-нибудь, хотя бы во внутренний карман, друзья, как минимум. Потому что, на мой взгляд, даже если ты профессионал, то ты должен благодарить Господа Бога за то, что у тебя это есть, а не себя за то, что ты такой прекрасный.

Но умей этим делиться с общественностью.

Да, конечно! Во всяком случае, настоящий артист должен любить искусство в себе, а не себя в искусстве. Поэтому, эта замечательная фраза, она, собственно говоря, характеризует правильное отношение к тому, что ты делаешь. В зале сидит публика, которая тебя не знает. Чтобы влюбить в себя эту публику, ты должен быть максимально открытым для нее, ты должен выходить на сцену и первым своим движением, первым своим взглядом в зал говорить: «Я люблю вас, спасибо, что вы сейчас смотрите на сцену»,— а не ковыряетесь в носу, не звоните по мобильному и не хотите из этого зала уйти, спасибо, что вы здесь, и я готов вам за это отплатить. Вот и все. Поэтому самолюбование — это страшная вещь. Я могу сказать, что когда ты в себе это притупляешь, понятно, что в каждом артисте это есть, у кого-то больше, у кого-то меньше, но даже маленькая толика самолюбования она может помешать сделать очень правильный шаг и, на мой взгляд, если это присутствует, то оставь это дома. Полюбуйся на себя перед зеркалом, попробуй, как ты будешь это делать клево, отработай жесты по соблазнению девочек в первом ряду.

О выступлении этого молодого человека мы еще поговорим.

Поэтому, я могу сказать, что это относится ко всем исполнителям, которые выходят на сцену, будучи на 100% уверенными в том, что они звезды. Надо быть уверенным в том, что ты профессионал, что ты умеешь что-то делать, будь уверен в себе, не теряй этого, как говорится, внутреннего контроля, но при этом, не надо купаться в том, как ты прекрасно берешь ноту Си третьей октавы и забываешь обо всем остальном.

Ты первый раз вообще был в концертном зале Дзинтари?

Нет, конечно. Это, во-первых, третий год, когда я веду Юрмалу. Первый год за последние три года, когда я вновь вернулся, как музыкальный исполнитель и для меня вообще, в принципе, поездки в Юрмалу, они очень отрадны. Я могу сказать, что это, безусловно, дает возможность всем людям, которые не смотрят, например, молодежные, так скажем, каналы, на которых я, в большей степени, появлялся, видеть меня в чем-то относительно серьезном, по их мнению, как минимум; для тех, кто даже смотрит, например, Первый канал, но не смотрит программу «Южное Бутово», в которой я, например, в последние полгода что-то делал, возможность увидеть меня в совершенно другом качестве, кто, например, не знает меня в другом. Потому что для большинства, так скажем, людей старшего поколения, программы, в которых я участвовал, они может быть не так интересны. Конкурс «Новая волна» для них возможность посмотреть на международный конкурс и увидеть меня немножко другим.

Знакомые всем лица, скажем так.

Конечно. Плюс ко всему, я не могу сказать, что мое ведение, оно консервативно, и я превращаюсь во Владимира Познера…

Не дай боже.

Но почему, я обожаю Владимира Владимировича, но при этом, превращаться в него пока не надо, потому что это, во-первых, невозможно, во-вторых, этого не требует конкурс.

Во-первых, у тебя шевелюра очень даже ничего.

Я уже седой практически, как Владимир Владимирович. В общем, я хочу сказать, самое главное в Юрмале есть одна очень важная вещь, это атмосфера, которую потерять невозможно, если мы находимся там. И желание перенести этот конкурс в другое место, на мой взгляд, это желание неправильное.

Появляется уже такое желание?

Уже давным-давно идут разговоры о том, что дислокация будет изменена и, на мой взгляд, это достаточно утопичная история.

Куда – под Самару что ли, в Грушинку?

Говорят, что Сочи, но, я не знаю. Сочи удивительный и замечательный город, но там есть другой музыкальный конкурс, не надо смешивать одно с другим. Пусть у каждого конкурса, пусть у каждого фестиваля будет свое место, и я считаю, что это прекрасно. Канны не собираются же, собственно говоря, отправлять фестиваль в другое место.

Логично.

Поэтому, на мой взгляд, всему свое время и место в том числе.

09.08.2010, 15:08
О вашем выступлении с Ани Лорак. Я обратил внимание на перчатку на руке. Это дань уважения Майклу?

Это, безусловно, дань уважения Майклу Джексону, потому что это исполнитель, человек, персона, которая для меня действительно была всегда номером один. Я всегда практически молился на этого человека и считал его всегда своим кумиром. Но при этом, если приглядеться к перчатке, она все-таки сделана немножко по-другому, я не хотел…

Если приглядеться к Тимуру, он тоже чуть-чуть не Джексон, но так, чуть-чуть.

На мой взгляд, было важно просто сделать яркую перчатку, я ее еще сделал для выступления на Муз-ТВ, но при этом, она не вся усыпана бриллиантами, как была у Джексона.

Чуть-чуть не хватило бабла…

Во-первых, да. А во-вторых, она повторяет, собственно говоря, как это называется, строение руки, то есть она повторяет эти фаланги пальцев, косточки, так скажем.

Все-таки киборги заполонили всю планету.

Если посмотреть, собственно говоря, на майку, в которой я выступал на Муз-ТВ, она повторяла строение мышечное, то на руке перчатка повторяла строение костное, поэтому просто издалека эти кристаллы сливаются.

Вот она такая степень самолюбования, что, можно сказать, свой внутренний мир выносит на поверхность человек.

Видите как, да, но при этом, слава Богу, как говорится, я не поместил основные органы, сердце, например. Как многие говорят: «Мое большое сердце – люди не смогут это выдержать».

Что все-таки их смотрят люди в возрасте, поэтому.

Все это чушь, естественно.

Так вот, вопрос от Юлии: «Тимур, ты энергичный, талантливый человек, спеть дуэтом с Ани Лорак, отснять клип на песню «Увлечение», записать собственную песню «Я болен тобой», которая является хитом многих станций, это очень круто», - подчеркивает Юля, и я тоже подчеркнул: «Вкратце расскажите, как вы вообще познакомились с Ани Лорак, и откуда вообще идея запеть?» Я понимаю, что вопрос несколько банален, но, тем не менее.

Начнем с того, что петь я собирался гораздо раньше, чем участвовать в шоу, которое сделало меня…

Чем познакомился с девушками вообще, наверное…

Скорее всего, да, плюс ко всему, я могу сказать, что с Ани Лорак желание спеть было естественным и мне кажется, что выбор невелик.

Меня вообще, кстати, удивил бы человек, который не хотел бы спеть с Ани Лорак.

Хотя наверняка, многие уже сейчас кусают пальцы, кроме Сережи Лазарева, который сам, всенародно об этом заявил, поэтому я сейчас никакой Америки не открыл – он очень расстроился, что, собственно говоря, мы сделали это первыми, а оказывается, они уже давно хотели.

Увели, увели…

Ну, как говорится, надо делать все быстро. Я вообще считаю, по большому счету, что все победы, которые в моей жизни есть, они сделаны исключительно по причине того, что я очень этого хотел и старался в максимальные сроки достичь результата. Поэтому я благодарен, конечно, как бы это банально ни звучало, все начинают смеяться, когда западные артисты благодарят Господа Бога, но я тоже верю в Бога, и для меня связь, которая есть, она для меня ощутима, и я считаю, что все невероятные стечения обстоятельств, которыми, собственно говоря, заполонена моя жизнь и которым я не перестаю удивляться, это то, что делает для меня тот, кто за мной наблюдает. При этом конечно, я стараюсь делать так, чтобы ему это было приятно делать, чтобы он это делал с удовольствием.

Надо все делать, чтобы ему было приятно.

Поэтому, я хочу сказать, что с Ани Лорак все произошло максимально быстро. Филипп дал мне номер Каролины (Ани Лорак зовут Каролина, прочитайте ее имя наоборот), мы созвонились, я объяснил ей, чего я от нее хочу, она быстро согласилась, песня родилась тоже в кратчайшие сроки, потому что я позвонил своему другу и объяснил свое желание сделать…

Сделать хорошо.

…Гимнообразный трек, так скажем, потому что у меня есть несколько ориентиров, собственно говоря, которые я ему озвучил. Написалась быстро песня, в которую я добавил вот этот вокально-речетативный кусок, бридж, так скажем, так его назовем, отправил все это Каролине, ей очень понравилось, она приехала, мы записали вокал очень быстро, она уехала, мы дорулили фонограмму, она приехала опять. Собственно говоря, за два дубля фактически родилась эта песня, которую мы отправили потом на радиостанции, на которую мы потом сняли клип и которая живет уже больше года в этой стране, и не только в этой, потому что в Киеве была потрясающая презентация…

Не только в мире, но и за рубежом, как говорится.

И за рубежом, кстати, потому что Израиль, Америка и т.д., они слушали эту песню, им очень это нравится, правда, мы на гастроли туда еще не ездили, но, тем не менее, песня дошла и туда, и это очень приятно.

Но до Израиля, я думаю.… Это за углом то…

Идти-то тут, Господи!

Так вот, в одном из интервью, ты сказал, что «музыкальная индустрия Украины более прогрессивная, нежели наша, отечественная». Ты реально это говорил.

Абсолютно.

В чем это конкретно проявляется?

Проявляется это только в одном – нет засилья людей на радиостанциях, которые пропагандируют какой-то четкий формат.

Либо лоббируют чьи-то интересы стабильно.

Безусловно, что еще неприятнее. Каждая станция имеет свой формат, от него невозможно уйти, но при этом, если формат радиостанции музыка а-ля 90-е, а на дворе уже 2010 год, но при этом, как бы позиционирование радиостанции идет, как современная радиостанция и т.д. Есть ресурсы, радиоресурсы, которые пропагандируют музыку именно из 90-х годов, то есть это такое своеобразное ретро-радио, не 60-е и 80-е, а 90-е…

Вот, где программный директор вообще просто лофу ловит, нового материала нет.

Да, золотые 90-е. Понятно, мы все понимаем прекрасно, какую музыку мы услышим на радиостанции, все вспомним, как это было у нас и т.д. и всплакнем и это будет здорово. Но если радиостанция, которая считает себя современной по-прежнему, берет в эфир песни, которые в принципе, оттого, что делали тогда, ничем не отличаются, но сделаны они вчера, для меня это странно. Для меня странно, опять же, то, что мы по-прежнему считаем, что публика не готова к модной музыке, что она не доросла, что у нас тупой народ. У нас не тупой народ, это мы делаем его тупым, к сожалению, потому что мы пропагандируем определенную музыку, определенные книги, определенное кино. Если мы раскроем чуть-чуть горизонты и покажем нашему зрителю, слушателю, что ребята, есть ведь вот такие замечательные вещи, послушайте и посмотрите, и да, полюбить их с первой секунды будет не так то просто, но при этом, если мы не будем окультуривать нацию и тех, собственно говоря, кто живет не только в этой стране, но при этом по-прежнему считают себя русскими людьми, которые там по-прежнему варятся в собственном соку, то у нас ничего не будет. Давайте покажем людям, что мы умеем гораздо больше, что в этой стране, возможно, снимать хорошее кино, писать прекрасные книги и делать хорошую музыку. Я еще раз повторюсь, все завязано только на одном, что люди не хотят окультуривать эту страну, потому что народу, который, собственно говоря, не тянется к прекрасному и который застыл в своем развитии на определенной точке, ему проще объяснить самые простые вещи, на нем проще заработать. Когда кто-то будет просить музыку чуть интереснее, чуть интеллектуальнее, чуть новее, чуть моднее и т.д., что будут делать те, кто не умеет ее делать? А нас таких в стране очень много.

Хорошо, грубо говоря, с начальством радиостанций мы разобрались, что тоже, в принципе, касается, наверное, и телевизионных.

Так это дело даже не в начальстве радиостанций, дело в принципе в огромном количестве людей, которые стоят у власти, поэтому я могу сказать, что…

Т-с-с-с!

Я имею в виду у власти шоу-бизнеса, так скажем. По большому счету, когда в твоих руках шоу-бизнес этой страны, и ты считаешь себя человеком, у которого власть в руках, и «я управляю телевидением, радиостанцией» и еще какими-то развлекательными сферами, я сейчас не говорю про верхушку власти, потому что…

Да и Бог с ними.

У нас сейчас беседа гораздо легче. Слава богу, что, например, мы сейчас, кстати, по поводу нашей власти, кто бы мог подумать, вообще, в какой-нибудь стране мира, что президент или там премьер-министр пойдет на музыкальный канал (ты сейчас понимаешь, о чем я говорю), и это круто! Или, например, президент будет шутить с Арнольдом Шварцнегером. То есть понимаешь, здесь как бы вещи интересные, здесь происходит неожиданная вещь, абсолютно тебя поражающая. Или, например, новогодние эти частушки. Это говорит о том, что каким бы количеством власти ты не обладал, ты можешь себе позволить делать вещи, которые шокируют и молодых, и взрослых, которые делают тебя ближе к народу, но ты при этом не становишься проще, ты становишься интереснее. Вот это правильный подход, если говорить о той власти, о которой ты подумал в самом начале. Я же говорил, например, о нашем шоу-бизнесе, потому что невозможно попасть с первого раза или, например, как по маслу в эфир, когда у тебя нет никого, кто тебе помогает. Это всегда так было, во всем мире. Но при этом, если ты объективно интересен, я сейчас не про себя говорю, а я сейчас говорю, прежде всего, об исполнителях, которых я считаю талантливыми, их очень много в нашей стране, но у 50% этих людей нет возможности себя продвигать, потому что на радио есть определенные принципы, по которым они берут музыку. Если в твоем тексте есть чуть больше умных слов и чуть больше нот, как бы сейчас смешно это не звучал, чуть больше нот в твоей песне, «это сложно, это народ не поймет». Да поймет!

09.08.2010, 15:16
Побольше хроматизмов, господа, синкоп и т.д. Понимаете, не надо этого: «Ля-минор, Ре-минор и Ми-мажор». Не надо!

Никто не собирается навязывать людям джаз, если он им не интересен, я сейчас говорю не о уж прямо совсем каких-то крайностях, я говорю просто о том, что на дворе 2010 год, и это будет прекрасно, если все, что будет производиться в нашей стране, я имею в виду, исключительно в формате развлекательном и т.д., будет соответствовать тому году, в котором мы живем. Не надо отбрасывать нас на 10 лет назад и даже на 5, мы хотим быть современными, модными и т.д. Почему мы всегда стремимся к тому, что делают на Западе, почему? Да потому что там это делают с умом, и там люди понимают, что…

Люди находятся в поиске и в эксперименте.

Я понимаю. Но ведь если есть замечательные примеры, почему не следовать им? Почему делать какие-то глупые ошибки и пытаться за 5 рублей…

Повторять не всегда плохо, да?

Почему за 5 рублей пытаются снять хороший сериал, когда его можно снять только, например, за 15 рублей. Не надо пытаться, не надо придумывать ничего. Если есть уже замечательная отработанная схема, попытайтесь хотя бы в рамках этой схемы что-нибудь сделать. Это тоже непросто. Зачем пытаться обмануть тех, кто уже на этом тысячи раз обжигался?

Об экспериментах-то и надо поговорить. Именно так, как «сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст», но, как видите, Родина пока на месте, никто никуда ничего не перепродал, тем не менее – «Джаз хулиганс». Хотелось бы об этом поговорить. Интересный довольно-таки проект.

Проект «Джаз хулиганс» существует уже, я сегодня совершенно случайно в интервью подсчитал, что проекту более двух лет.

Статистика!

Но при этом мы за это время успели выступить в нескольких точках нашей страны, и по-прежнему это делаем, и выступаем мы по-прежнему в местах, в которых сложно оказаться случайно.

В местах не столь отдаленных…

Нет-нет! Но, тем не менее, мы стараемся сделать так, чтобы были концерты, что называется и для простой публики, потому что бывает так, что мы, конечно, выступаем в каких-то закрытых площадках, на закрытых мероприятиях, на каких-то супердорогих party и в дорогих ресторанах, но при этом, нет цели быть настолько недоступными. Просто, так скажем, этот формат был, прежде всего, интересен тем людям, которые уже просто пресытились всем, что предлагает им московский и не только московский развлекательный рынок, российский, так скажем, глобальный, но при этом, я хочу сказать, что наших пара выступлений в местах, где могли оказаться и студенты, и офис-менеджеры, и просто люди, которым интересна подобная музыка, они тоже были успешными. Потому что я могу сказать, что это было очень здорово, и равно, как люди, которые пели за столами и пили шампанское, и те, кто танцевал просто в партере, тоже получали невероятное удовольствие, и им, собственно говоря, и не нужно было сидеть. Потому что этот проект ориентирован на то, чтобы только поднять тебе настроение и показать, что эта музыка может быть интересной.

Тем не менее, продолжение-то будет однозначно у этого проекта?

Конечно! Продолжение будет однозначно. Я могу сказать, возвращаясь к сложностям шоу-бизнеса в этой стране, они есть, и они будут всегда, но при этом, например, позиционирование там, на Западе, артиста, как актера кино, актера театра, музыканта, причем музыканта, существующего в нескольких проектах одновременно, оно абсолютно нормально, и ни у кого не происходит этого сумбура, его в голове не возникает.

Это доказывают поговорку, что человек, талантливый в чем-то одном, талантлив во всем.

Может быть. Я сейчас, на самом деле, не к этому, я к тому, что не происходит непонимание, которое происходит у нас в стране, потому что у нас как-то все было так, все четко – либо ты такой, либо такой, а как-то так, чтобы…

Как это телеведущий запел, например.

То есть, когда меня спрашивают, что как это вы запели…

Я подошел к микрофону и спел.

Хотя я, например, в юмористическом проекте только и делал, что пел. Поэтому, это тоже странно. Я говорю, исключительно о том, что например, возьмите (кого угодно), актер Джаред Лето, замечательный американский актер, он популярный киноактер, возьмите фильм «Реквием по мечте», «Александр», «Господин никто» с ним замечательный фильм вышел недавно, вот он очень популярный киноактер, при этом он еще суперпопулярный музыкант сейчас, я даже не знаю, какая из его ипостасей перевешивает, его группа «30 Seconds to Mars» сейчас одна из топовых в мире.

Да, «30 секунд до Марса» - это просто…!

Джейми Фокс – телеведущий, он комедийный актер, он актер теперь еще и в драмах, потому что возьмите даже одного его «Оскара» за фильм «Рей», достаточно для того, чтобы понять, какого таланта этот человек. При этом он еще и популярный музыкальный исполнитель, он дает концерты по всей Америке, и, слава Богу, его музыка известна и здесь, у меня есть три его альбома. Вот это то, к чему я стремлюсь, и для меня, например, заниматься большим количеством дел не кажется странным, не кажется страшным. Потому что когда у тебя много дел и когда большое количество твоих ипостасей пугает только тех, кто, собственно говоря, задает тебе вопросы об этом, мне кажется, что это абсолютно нормально. Когда это пугает тебя, то это уже вопрос, зачем ты тогда этим занимаешься. Если в твоей голове все четко спланировано, если ты понимаешь, что ты одинаково можешь существовать хорошо в кадре как ведущий, как певец и т.д. или, во всяком случае, ты к этому стремишься, в моем случае это именно так, я не могу адекватно оценивать свою деятельность, у меня есть только надежда на то, что мое желание делать это профессионально и хорошо, чтобы зритель получал от этого удовольствие и не видел в этом ничего, кроме этого самого удовольствия, то это основная цель. Я хочу, чтобы то, чем я занимаюсь, нравилось людям, потому что эта фраза - «смех и радость мы приносим людям», как бы смешно это ни звучало, это, на самом деле, должна быть самая главная цель любого артиста, если это артист. А я хочу очень быть артистом с большой буквы. Я не знаю, когда я доживу до того момента, когда ко мне будут относиться с уважением, как к нашим артистам, которые много лет работают. Я стремлюсь, на самом деле, скорее, не к уважению, которое ко мне будут питать, а скорее к тому, что зритель будет расти вместе со мной, что через много лет вырастет, например, какая-то…

Вот он, миссия!

Я же говорю только о том, что хочет, на самом деле, любой артист, который адекватно оценивает то, ради чего, собственно говоря, он начал этим заниматься и ради чего он пришел на сцену, вот и все. Если у тебя нет этой цели, если у тебя желание только раздавать автографы, приходить на интервью, пиариться, тусоваться на вечеринках, сидеть нога на ногу в кресле и говорить, что «вы знаете, в моей жизни было много взлетов и падений, но я выкарабкался» - все это хрень собачья, правда. Самое главное понимать, ради чего ты этим занимаешься. Я занимаюсь этим, потому что я: а) мечтал этим заниматься всю свою жизнь; б) и это «б)» находится на одной прямой, собственно говоря, с этим «а)» - я хочу, чтобы это приносило кому-то пользу. Потому что лучше, чем хорошее настроение лучше, чем смех, удовольствие, как угодно, просто наслаждение оттого, что ты видишь, как кто-то делает что-то интересное – это самое главное. Я это говорю, прежде всего, как человек, который тысяча раз в году присутствует, как зритель, на разных концертах, на разных шоу, на разных телепрограммах, который получает удовольствие от прекрасных телеведущих, когда я вижу в кадре Урганта, Мартиросяна, Светлакова и Цикало, я получаю сумасшедшее удовольствие, я считаю, что это один из самых потрясающих проектов на телевидении; когда я прихожу на концерт какого-то артиста, не знаю, Валеры Меладзе, Сосо Павлиашвили, Ани Лорак. Я вижу, как люди профессионально работают, я вижу, как они относятся к себе правильно, я вижу, как они относятся к своему зрителю. Вот это уважение, которое должно быть между тобой и зрителем, взаимное, вот эта любовь, которая должна быть между вами – это то, ради чего стоит заниматься тем, чем я занимаюсь. И только ради этого. Только ради того, чтобы ты, уже, когда тебе будет 80 лет, и ты будешь уже, как говорится, в Паркинсоне биться и хорошо, если…

Давайте не будем об этом!

Хорошо, если у тебя ноги будут укрыты пледом, и ты будешь сидеть у камина в собственном доме…

В общем-то, неплохо…

…А не где-нибудь на улице ты будешь самостоятельно разгоняться на инвалидной коляске, чтобы догнать корку хлеба, которую ветер гонит по асфальту, когда ты себе скажешь, что я сделал все, что мог и что я в этой жизни был кому-то полезен, интересен и т.д., что моя жизнь была полезной, что она не была бессмысленной. Вот это самое главное.

09.08.2010, 15:25
Тут был вопросик такой.…Как ни крути, все-таки люди хотят держать в руках такую своеобразную компиляцию музыкальную. Например, только сольный какой-то проект или, может быть, там будет и то, и другое, и все вместе, разнообразно, но в одном.

Я могу сказать, что пока «Джаз хулиганс» как проект существует факультативно, в хорошем смысле этого слова, то есть мы не занимаемся такой, массовой, массированной раскруткой этого проекта только потому, что как раз сейчас тот самый период, когда я занимаюсь сольным проектом и боюсь спутать людей, чтобы они ни в коем случае не думали, что сольный проект это вот это или вот это. Я дождусь определенного момента, когда «Джаз хулиганс» можно будет поднимать по уровню, по популярности, когда я смогу, собственно говоря, в массы пускать эти песни, когда я смогу выступать с этими номерами чаще, когда я смогу существовать параллельно в двух проектах, тогда, наверное, «Джаз хулиганс» будет известно больше. Сейчас, так как главным в моем творчестве, собственно говоря, является запуск моего сольного проекта, поэтому все силы отданы, соответственно, туда и я очень надеюсь, что в ближайшее время мы все-таки выпустим альбом. Хотя могу сказать, что ситуация на рынке не только в этой стране, но и в мире такова, что альбомы уже выпускать абсолютно нерентабельно. Гораздо правильнее просто выпускать песни, которые, в какой-то момент времени ты, собрав, скачав их бесплатно – не дай бог, все-таки, это бьет нам по карману, друзья – скачав их из Интернета, как делает это, например, весь прогрессивный мир, хотя я, по-прежнему, покупаю диски, потому что мне доставляет по-прежнему удовольствие открыть коробочку…

Потому что у меня магнитола в машине осталась заводская…

…Открыть коробочку, достать диск блестящий, достать буклет, это правда, кайф, от которого я не хочу отказываться.

«Аналог»…

Не хочу отказываться, правда. Поэтому, я по-прежнему не качаю ничего в цифре, если это не какой-то трек, который мне нужно послушать срочно и понять, что я хочу, чтобы моя песня звучала так – я имею в виду, не инструментально, не гармонически, а именно, по сведению, по мощности, по биту и т.д., и если я слышу от своих саунд-продюсеров, что вышла, например, такая то песня, что послушай, может быть стоит разрядить, например, грубо говоря (я сейчас буду говорить о нюансах), бит, чтобы он был не частым, а, например, через один, чтобы песня задышала по-другому, вот тогда это интересно. Тогда я не бегу в магазин, а лучше скачаю песню из Интернета, послушаю и скажу, что да, это, наверное, интересно и это, может быть, звучит моднее, новее и т.д. Я все-таки хочу, чтобы музыка была современной, там музыка, которую я делаю. Но при этом я могу сказать, что, скорее всего звук на радио и на моих концертах будет немножко отличаться друг от друга.

Это приветствуется, сразу будет слышно, что не фонограмма.

Я хочу сказать, что, во-первых, моя основная цель сейчас собрать музыкантов, потому что частично они уже готовы, и в самое ближайшее время я буду выступать, и моя самая главная задача выступать живьем. Потому что я видел комментарии на форумах, и мое желание выступать живьем, оно возникло не после того, как я прочитал: «Фу, фонограмма!» - я могу сейчас в очередной раз объяснить нашим замечательным зрителям, что ни один артист в этой стране, если он приглашен выступать на телевидение…

Надо тут сказать: «Стоп! Внимание!»

Ни один артист в этой стране не способен донести до всех, кто занимается записью этой программы, свое желание услышать себя в мониторах так, как он хочет, в порталах так, как он хочет, чтобы этот звук был настроен под него. Особенно, если это сборный концерт, это невозможно. И возникает тогда вопрос: «Мой зритель, который сейчас включит телевизор, ему будет приятнее слышать отвратительный звук, но при этом он будет уверен, что я пою живьем». Говорят: «Вот, молодец, звук, конечно, полное г***, но поет живьем!» Либо он видит хорошую, правильную картинку, отрепетированную, слышит нормальный звук, его не раздражает бульканье, шиканье, просто перебор по высоким, перебор по низким, я не понимаю, какое удовольствие человек получает от плохого звука. Только оттого, что это живьем? Я не понимаю. И этому меня научили те люди, которых я сейчас слушаю больше всего: музыкальные исполнители, начиная от Ани Лорак и заканчивая Леонидом Агутиным, Валерием Меладзе и т.д. Это очень важно, не разочаровать своего зрителя. Понятно, что идет разочарование, когда он видит, что ты поешь и открываешь рот под фонограмму. Я ненавижу это больше всего, клянусь.

Но ситуация безвыходная.

Я когда был в популярном юмористическом проекте, просто не хочется называть название слишком много раз, мы всегда выступали живьем.

В «Аншлаге» что ли?

Конечно! «Аншлаг» и «Кривое зеркало» - мои любимые программы. И естественно, такое количество времени, когда ты поешь живьем, не под фонограмму, позволяет тебе быть уверенным в том, что ты можешь отработать и концерт, что мы, собственно говоря, и делали, когда выезжали на гастроли, и я пел там не две песни, а например, 10 и это была 40-минутная программа. Речь только об одном на телевидении, по-прежнему, на отечественном телевидении, хороший звук могут отстроить 2-3 человека и то, это эксклюзивный случай, когда снимают твой сольный концерт. Если это сборная солянка…

Забудьте!

…Звук надо отстраивать под каждого исполнителя. Как говорит Ани Лорак, что неужели ты думаешь, что здесь будет хороший звук? Она говорит, что хороший звук может быть у тебя на сольном концерте, когда ты платишь каждому, кто с тобой работает, и этот сольный концерт только твой и звук отстраивают только под тебя, и все, что работает вокруг, это то, что работает на твой хороший звук и на твой уровень. Когда ты приходишь на концерт, чтобы записать одну-две песни, никто не думает о том, как поддержать твой профессиональный уровень, как отстроить звук так, как ты привык, как сделать так, чтобы ты звучал идеально. Все думают только о том, как записать эту программу побыстрее: «Давайте, давайте, ну чего, в монитор тебя погромче дать? давай!» - вот только так.

А если еще попадется звукорежиссер, который очень «любит» его творчество, то он может себя почувствовать вообще богом и сделать пшик.

Я могу сказать, что совершенно недавно была замечательная ситуация, когда я смотрел себя в эфире, и звук, и изображение шли вразнобой, то есть люди даже не смогли…

Асинхронно все поперло.

Вот когда происходят такие вещи, то ты думаешь: «Хорошо, как вы могли выпустить в эфир подобную программу, когда вы даже ничего не проверили».

Всё, режиссеру и редактору – втык.

К сожалению, в этой стране это еще ни разу не помогло.

Даже если двойной втык, то это еще даже может приветствоваться.

Может быть, даже они этого и добивались.

Кстати, про студию. В какой студии ты работаешь, с какими людьми?

Я работаю в нескольких студиях и могу сказать, что…

Даже где-то что-то я про Лос-Анджелес слышал.

В Лос-Анджелесе просто сводили мои первые треки «Слушай свое тело», когда эта песня звучала на «Love radio» и потом уже через год…

То есть и там уже наши люди что ли?

Я могу сказать, что в Лос-Анджелесе очень много наших людей, но сводил я не у наших, и, может быть, в этом большой плюс. Это была студия, на которой, собственно говоря, сводились альбомы и Ашера и т.д. Просто моя первая песня была, в оригинале изначально сделана с таким звуком а-ля Timbaland, потом мы сделали ремикс, очень такой, мощный и мне очень хотелось, чтобы звук был вот таким вот негритянским. Поэтому, собственно говоря, песня была отправлена в эту студию, мне ее там свели, вернули, и вроде как-то все было хорошо. При этом сейчас я понимаю прекрасно, что это было сделано очень много лет назад, и как бы я не любил Timbaland, все это немножко отходит, поэтому, я вновь возвращаюсь к тому, с чего я, собственно говоря, хотел начинать. Я возвращаюсь к звуку, который мне очень нравится, я очень хочу, чтобы в моем звуке звучали гитары, чтобы они были сочными. К сожалению, радиостанции наши не все открыты для подобного звука. Для них по-прежнему наличие гитары в песне это рок, поэтому, я еще повторюсь, звук мой на радио и звук мой на концертах будет отличаться, не знаю, существенно ли.

А миди-скрипки на синтезаторе, это симфонический оркестр, и это классическая музыка.

Ну да, хотелось бы. Поэтому, я хочу сказать, что в данной ситуации очень важно сделать так, и это очень сложная работа, чтобы тебя любили и на радио, но при этом, чтобы и ходили еще на твои концерты.

И вообще, просто любили.

Или просто любили, хотя бы. Поэтому я могу сказать, что музыка в этой стране настолько специфический продукт, потому что ты можешь, в какой-то момент, зацепить молодую аудиторию и не понравиться взрослой и наоборот…

09.08.2010, 15:33
Вот и приходиться лавировать.

Очень-очень сложно. Слава богу, с песней «Увлечение» произошла удивительная вещь. Несмотря на то, например, что мы не попали на все радиостанции, на которые мы мечтали попасть, мы заслужили уважение тех, кто его, собственно говоря, до этого ко мне не питал, потому что считал, что я занимаюсь, например, не тем, чем должен был, и они увидели мое «я» и поняли, что я могу делать интересную серьезную музыку, а те, кто и до этого относился ко мне с интересом, с удовольствием услышали эту песню. То есть, мне удалось убить двух зайцев сразу, и это большая удача, правда.

Были еще зайцы с тем же Ваней Рудыком.

С Ваней Рудыком продолжаются, кстати, эксперименты. Мы записали недавно песню, сейчас она будет свободно абсолютно доступна всем, в свободном скачивании, я имею в виду, доступна.

Так, там гитара есть?

Гитара есть.

Значит все, только в свободном скачивании.

Танцевальный трек, его можно будет услышать, собственно говоря, и в клубах. Если сейчас нас поддержат наши друзья ди-джеи, а они уже сейчас начинают это делать, потому что уже сейчас, в скором времени, уже появятся ремиксы на нашу песню…

Вон уже, там вертушки ставят, пытаются поддержать нас, как могут.

И плюс ко всему, конечно, это уже вторая песня, и, соответственно, может быть, в ближайшее время, мы приступим вообще, в принципе, к созданию целого альбома, потому что, во всяком случае, об этом была речь. Ты сам понимаешь, делать три альбома, где я везде участвую, как вокалист, очень сложно.

Музыкальный Иван Ургант.

Я еще раз повторюсь, в нашей стране объяснить людям, где тебя больше, а где тебя меньше, очень-очень сложно. Хотя я считаю, что в принципе, это может быть интересно абсолютно разной аудитории, разным людям и это может быть в принципе интересно в целом. Это самое важное. Поэтому, меня это не пугает, я по-прежнему буду этим заниматься, несмотря ни на что. Если это найдет своего зрителя, я буду только рад.

Обязательно найдет. Надеюсь. Но, так как Тимур у нас и швец, и жнец и на дудке умеет играть, перейдем к другой его ипостаси, это кино театр, скажем так, вот так. Что у нас с театром?

С театром все хорошо. 28-29 августа у меня будет спектакль, и два спектакля совершенно, соответственно, в смысле. Совершенно, казалось бы, легкий жанр, комедия, но так как эта комедия…

«Но не тут то было», – сказал участник программы «Аншлаг и Компания».

«Аншлаг и Компания», «Кривое зеркало», какая там еще есть… «Шоу братьев Пономаренко».

Что-то из этого.

В общем, я хочу сказать, что комедия дель арте, этот тот жанр, в котором существовать очень тяжело, но при этом, невероятно здорово, поэтому, это был такой вызов, который, собственно говоря, бросили мне люди, которые меня пригласили, вызов, который я сам себе бросил и, Слава богу, это принесло желаемый, ожидаемый результат, и сейчас спектакль идет с большим успехом. Уже большое количество людей профессиональных было на спектакле, и чьи отзывы были очень важны. Я сейчас не говорю о дифирамбах, которые пели, я сейчас говорю непосредственно даже о замечаниях, которые они делали, даже о каких-то очень важных…

Критика от таких людей, она приветствуется.

Конечно. Я вообще, в принципе, за критику всегда. Мне гораздо более полезным кажется слышать, даже от своих друзей близких, после каких-то концертов, спектаклей, еще чего бы то ни было, слышать негативные отзывы.

Чувствуешь, что опять работы навалили, над чем-то надо работать.

Конечно, это замечательно. Если ты будешь каждый раз считать, что ты идеален и что ты в очередной раз подарил себя зрителю, да пошел ты к чертовой матери как артист, если в тебе это есть. Я считаю, что если по-прежнему ведется работа над собой, значит, ты жив еще, как артист, значит, еще есть, к чему стремиться. Это удивительно и замечательно, это здорово, и нет ничего прекраснее, чем работа над собой, когда ты понимаешь, что вот, остался недоделанный участок работы. Это здорово, это значит, что в следующий раз ты будешь лучше, а еще через один раз ты будешь еще лучше. Но если ты не работаешь, тогда к чему это все? Опять же, для самолюбования? Ничего подобного. Собственно говоря, поэтому, когда и люди, которые профессионально в этом разбираются, когда люди, просто обывательским взглядом смотрят на это, но при этом говорят тебе, что ты знаешь, а мне показалось, что вот здесь как-то было странновато, это должно заставить тебя задуматься, потому что и те, и другие - это твои зрители. Одни смотрят одним глазом, другие – другим.

Кутузовы на спектакль пришли.

Я считаю, что самое важное в этом, прислушиваться. И даже если тебе больно, даже если тебе не очень приятно, а такое бывает и бывает очень часто, когда тебе говорят, что ты знаешь, по-моему, ты здесь хреново сыграл, а тебе казалось, что это вообще лучший твой выход, лучший твой эпизод, то прими это, как данность.

Сдается мне, после эфира такого наговорят!

Значит, ты сыграл хреново, потому что со стороны это виднее, особенно, когда тебе это говорит профессионал. Бывают случаи, когда тебе говорят специально, потому что зависть…

Стимул.

Стимул, это одно, а вот еще когда зависть присутствует в актерской среде, это вообще страшно. Я, слава богу, с этим не сталкивался, потому что я не играю в репертуарном театре, это антрепризный проект.

Не служишь, скажем, так. Не служивый.

Да, не служу. Но при этом, я могу сказать, что самое важное, это иметь эту возможность учиться, потому что для меня попасть в театр было мечтой всей жизни и действительно это та вещь, которая помогает тебе расти творчески. Но есть еще одна замечательная вещь. Находясь в антрепризном проекте, я играю в компании людей, которые действительно, собственно говоря, отдали свою жизнь вот этому искусству. Они играют в театре, причем, не просто в театре, они играют в замечательных театрах, они все из разных, соответственно, мест, но при этом у каждого из них за плечами сумасшедшая жизнь, кто-то там заслуженный, кто-то народный, и именно эти люди позволяют тебе расти, они помогают тебе расти. Именно эти люди тем, как они это делают, тем, как они играют, как они существуют, как они относятся к этому, помогают тебе, собственно говоря, подниматься и стараться подниматься как раз на тот уровень, который будет хоть как-то рядом с ними. И это замечательно. Это вообще самое важное, когда у тебя есть возможность работать с профессионалами.

Когда тебя окружают приятные тебе люди.

Дело не только в приятном, ведь есть же и неприятные люди, но при этом профессионалы, и этому тоже надо радоваться, потому что как бы тебе было неприятно работать с этим человеком, есть такое выражение «г*** человек, но профессионал», это тоже надо принимать во внимание, это тоже здорово. Потому что ты выходишь из кадра, например, если ты снимаешься в кино или уходишь со сцены и тебе человек за кулисами неприятен, ты не хочешь с ним общаться, и он вообще такой, неприятный и отвратительный, но ты выходишь на сцену, и тебя просто разрывает от восхищения, как он это делает. Такие артисты тоже есть. Все равно нужно всегда максимум позитива брать из любых ситуаций.

Г*** - г*** рознь, вот так получается.

Да, Г Г - рознь.

Хорошо, а кино?

Здесь еще сложнее.

Я смотрю, к концу эфира все сложнее и сложнее.

Вообще, в принципе, ничего простого в этой жизни нет. Самое главное, находить позитив, как я уже сказал, в этом и радоваться этому, но при этом не забывать, что никто тебя не отпускал, что называется, не расслабляйся, не открывайся. Потому что, если мы говорим о кино, то большинство предложений, которое ко мне поступало, это были предложения, основанные только на том, что им нужен был просто популярный человек. Они знали, что, пригласив меня в этот проект, поместив меня на рекламу, лицо, торгуй лицом. Я не хочу торговать лицом, правда. Мне не хочется попадать в кино только потому, что я потом сяду, опять же, как я тебе в середине нашего разговора показывал, нога на ногу, так сяду: «Вы знаете, у меня уже четвертая картина, ну, что - интересная роль…», - я так не хочу, правда, это не я. Мне интересно было бы сняться в таком фильме, в котором я бы выступал исключительно как человек, интересный режиссеру или продюсеру, как актер, а не как раскрученная физиономия. Я не хочу эту торговлю мордой своей. Просто, если ты интересен, если на тебя возлагают надежды, которые ты теоретически можешь оправдать, как это было, например, в спектакле «Жених с того света», где я играю Труффальдино из Бергамо, если я понимаю, что я не смогу с этим справиться, я лучше откажусь или, если я понимаю, что я уже согласился, то у меня уже нет другого выхода. И дело не только в деньгах, вложенных в этот проект, дело не в том, что там уже афиши напечатали, а дело, прежде всего, в том, что зритель, который придет на тебя смотреть, он выдал тебе определенный кредит доверия. У меня, в принципе, вся моя деятельность основана…

09.08.2010, 15:41
С кредитами в этой стране, оххх…

Да, очень тяжело, особенно в последнее время. И мне очень важно не разочаровать людей, которые в меня верят. Их, слава Богу, очень много, и именно благодаря этой вере, благодаря людям, которые мне что-то пишут, на форумах, на блогах, встречи, когда бывают после концертов или перед ними, или просто меня, после очередного выступления, люди в коридоре поймали и что-то сказали – для меня это очень важно, правда. Я сейчас хочу это сказать всем, с кем мне удалось пообщаться – большое спасибо, искренне. Потому что нет ничего важнее, чем вера в тебя людей, которым ты интересен. Я просто боюсь вот эти слова – поклонники, фанаты, это очень пугает. Поэтому, так скажем, люди, которым ты интересен, люди, которые следят за твоим творчеством, как угодно. Это очень важно для любого человека, который считает себя артистом или хочет таковым быть, потому что как только ты понимаешь, что твоя деятельность будет кому-то нужна, когда в очередной раз после очередного выступления с «Камеди» в каком-то городе, после больших гастролей таких, где мы действительно работали помногу – 40-ка минутная программа, ко мне в очередной раз подошли люди и сказали, что Тимур, мы ждем от вас музыки. Я говорю, я, собственно говоря, пел сейчас для вас 40 минут. Они говорят – нет-нет, мы хотим, чтобы вы записывали песни, чтобы вы выпустили альбом, нам очень нравится, как вы поете, мы ждем вашей музыки, и мы будем первыми покупателями ваших дисков.

Такой - ага, три уже есть, можно неплохо заработать.

Я могу сказать, что это действительно подкупает и это вселяет в тебя уверенность в том, что твои мечты изначальные о музыке, они сейчас подкреплены тем, что это будет кому-то нужно, не только тебе. Это чудесно, замечательно и я благодарен всем тем, кто скачивает мои песни или просто их слушает или кому это просто нравится и они считают, что это интересно и здорово. Вот это самое важное вообще, что может быть, когда ты понимаешь, что у тебя есть люди, для которых ты это делаешь, что в принципе ты кому-то нужен.

Теперь о популярной программе, о той самой. «Братья…», какие там?

Пономаренко.

Шутим. Но, тем не менее, ты один из самых смелых «камеди-клабщиков», по моему скромному мнению. То есть, проект так, покинул, раз – было чувство страха какое-то?

Если и было, то, наверное, где-то очень глубоко, так глубоко, что я практически его не почувствовал.

Давай не будем говорить об этом, куда ты свое чувство страха убрал.

Единственное, что было, наверное, это неуверенность, частичная, в том, что все может произойти так, как я себе запланировал. Так, собственно говоря, и не произошло, ничего не происходит быстро.

Если хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах.

Естественно, поэтому, по большому счету, я доволен тем, как это происходит. Я учусь и на своих ошибках и на чужих ошибках, и я вижу сложности, и я стараюсь их преодолеть, и при этом я понимаю прекрасно, что тот момент, когда я ушел, был самым идеальным. Надо уходить тогда, когда ты находишься на пике.

Где-то я уже это слышал!

Надо уходить тогда, когда ты по-прежнему интересен публике, когда твой следующий проект будет не просто интересен, а когда он будет неожиданным, когда он будет, собственно говоря, делать тебя заново для тех людей, которые тебя знают и делать тебя в принципе для тех людей, которые тебя не знали. Вот это очень важно. Когда ты из себя кого-то заново лепишь, когда ты пытаешься кем-то быть, это очень важно.

Как заново родился.

Это правда. Я могу сказать, что это во многом, можно действительно с этим сравнить и именно поэтому, когда начались эти первые шаги в музыку, было и страшно, уже безотносительно «Камеди»…

Это называется – страшно приятно.

Совершенно верно. То есть, как бы не было страха именно из-за того, что я ухожу, и теперь я не буду зарабатывать столько, сколько я зарабатывал и когда я вновь сбалансирую свои гонорары – я думал о чем угодно, но только не об этом. Да, конечно, когда ты уходишь со стабильной работы, которая в принципе дает тебе уверенность в том, что завтра будет так же, как вчера, и послезавтра, наверное, это может тебя немного испугать, но я настолько сильно хотел того, чем я занимаюсь сейчас и более того, я приехал в Москву в 2001-м году, желая заниматься исключительно музыкой, что-то, что это происходило, меня радовало невероятно. Я понимал, что наконец-то я иду к своей цели. Да, я шел в обход, да, благодаря «Камеди» меня узнали так, как, наверное, не узнали огромного количества певцов в этой стране и мне не нужно вкладывать деньги в раскрутку моей физиономии, но при этом, я могу сказать, что это и мешает, если ты хотел об этом тоже поговорить, потому что действительно как бы не помогала телевизионная раскрутка в рамках проекта «Камеди клаб», она так же и мешает, потому что даже части аудитории, части людей, с которыми мне приходиться сталкиваться, им сложно объяснить, что мой музыкальный проект будет так же успешно существовать, как и моя предыдущая ипостась. Родригез юморист, это всего лишь маленькая часть меня.

За сегодняшний эфир было очень маленькое количество шуток, на самом деле, что подчеркивает, что не только юморист.

Можно же быть юмористом в душе и в принципе не называться им. Это называется в принципе умение делать несколько вещей в этой жизни, вот и все. Поэтому кому-то, действительно, мой бэк-граунд мешает, и кому-то это кажется странным. Но при этом, слава тебе господи, уже несколько песен, которые выпущены, они все-таки дают людям ощущение того, что я это делают не в прикол, не ради того, чтобы сказать – «а, я еще и музыкой занимаюсь».

Типа, перебесится и бросит.

Нет, ни в коем случае. Для меня это более чем серьезно, для меня желание показать, на что я способен, оно сейчас превыше всего и поэтому, я бы очень хотел, чтобы в самое-самое ближайшее время, когда отрепетируется моя программа с живыми музыкантами, чтобы как можно большее количество людей увидели меня настоящего, потому что вот в этом я буду самым-самым настоящим.

Есть вопрос, кстати, о твоем коллеге, про Макса Перлова. Вообще, как вы, совместно продолжаете еще?

Мы не продолжаем, потому что если мы будем продолжать, это будет как раз вызывать те самые ассоциации и будет очень сложно объяснить людям, что до этого мы как бы шутили вдвоем, а сейчас мы не шутим. То есть мы до этого играли и пели смешные песни, а сейчас мы поем серьезные. Это объяснить очень сложно, именно поэтому нам пришлось, так скажем, каждому пойти по своей дороге, но при этом, Макс продолжает заниматься бизнесом, он очень серьезный бизнесмен, я всегда об этом рассказывал. Серьезный, успешный бизнесмен и т.д., и при этом, он талантливый джазовый музыкант и при этом он, собственно говоря…

Юморист!

Да, отчасти. Я могу сказать, что у Макса потрясающее чувство юмора, очень жалко, что он мало говорил за все время, что мы существовали, зато много играл. Я могу сказать, что последнее время он отдавал, как раз, бизнесу, но при этом, где-то 1,5, наверное, года назад, я впервые услышал треки с его альбома. То есть, он писал инструментальный альбом, приглашал каких-то египетских вокалисток, это было очень здорово, это был такой – я бы не называл это лаунджем, но это была интересная музыка, так скажем. Не напрягающая, интересная, расслабляющая в хорошем смысле этого слова, музыка, инструментальная во многом и это было очень талантливо сделано. Поэтому, я могу сказать, что те, кто в результате скачает себе это, хотя бы ради интереса, как минимум, не разочаруется, а как максимум, удивится.

09.08.2010, 15:49
Ты говорил об обходных путях достижения цели. Я сейчас не буду говорить об алхимике, Паоло или Деппе, я про то, что до «Камеди» ты более был известен, все-таки, как голос радиостанции, для тех, кто сидел в это время по городам и весям нашей страны. Они целыми днями слушали твой голос и ваш покорный слуга тоже. Не могли его остановить, просто поток был круглосуточный. Хочешь ли вернуться к радиоработе?

У меня был, совершенно недавно, очередной опыт, я вел хит-парад на одной из наших радиостанций, уже московских. Я могу сказать, что на радио меня всегда расстраивало только одно ….

Я думал, он сейчас скажет: «Зарплата!»

…Невозможность жестикулировать и пользоваться своей мимикой, потому что для донесения того, что ты хочешь сказать, это всегда помогает. Еще лучше, когда в зале сидят люди и когда этот обмен происходит, собственно говоря, очевидный для вас обоих, для тебя и для зрителя. Поэтому, на радио всегда было сложно только с этим. Я понимал прекрасно, что я не вижу реакции, собственно говоря, людей, которые это слушают, и они не видят меня, и только слушают. Понятно, что таким образом можно развить свои ораторские способности…

Но и артикуляционный аппарат работает вообще на отлично.

Артикуляционный аппарат – безусловно. Поэтому, да, радио меня всегда интересовало и привлекало, но при этом я могу сказать, что чуть выше идет, все-таки, телевидение, а еще дальше – возможность работать на концертах.

Пару слов о святая святых, о собственном доме. Не в плане жилплощади в Москве, а о том, откуда как бы мы все сюда и попадаем, в частности, о городе Пенза. Частенько вы как бы и с Пашей вместе в эфире, опять-таки, «Аншлага» выступали, пели песни, часто ли ты возвращаешься в город, пройдешь по Московской, по «Бродвею», в парке Белинского посидишь?

Я могу тебе сказать, что это было в последний раз очень давно, несмотря на то, что в Пензу я приезжал, не могу сказать, что часто, но приезжал. На Московской я был, наверное, в последний раз, года три тому назад, в парке Белинского – четыре…

«Московская» опустеет, поклонницы разойдутся.

Я приезжаю исключительно к родителям и если там есть какие-то интервью, я еду на интервью. Максимум я могу увидеться со своими друзьями или поехать в магазин что-нибудь купить родителям, потому что это надо обязательно сделать, я так считаю. Меня тянет в Пензу по большей части только потому, что там живут мои любимые родители и живет несколько моих друзей, которые еще не переехали в Москву, хотя мы уже захватили, по-моему, весь город. В Пензе всегда здорово оттого, что ты знаешь, что там живут твои любимые люди. Но при этом, я могу сказать, я каждый раз это рассказываю, мне было тесно, и чем старше я становился, чем больше я понимал о том, кем я хочу быть, тем теснее мне было в Пензе. И дело не в том, что город маленький или, например, нет возможностей, даже атмосфера, даже ритм жизни, в котором живут люди, все говорит тебе о том, что это не соответствует тому, кем ты хочешь быть, и как ты хочешь, собственно говоря, двигаться, развиваться и даже моргать глазами, понимаешь. В Пензе глазами чуть медленнее моргают, чем в Москве. Я могу сказать, что в какой-то момент это было настолько очевидно, особенно когда после первого года я вернулся в Пензу, и обычно, например, дойти от остановки автобусной до театра, где работал мой папа, на это требовалось 10-15 минут, когда я дошел за 3 минуты, я понял, что Москва научила меня еще и ходить нормально.

Это было в точку.

Правда, можно было выжимать мою одежду и волосы ставить дыбом. Но я всегда так жил, я всегда куда-то торопился. Конечно, иногда это может тебя напрягать и заставлять себя чувствовать как-то некомфортно, потому что ты не можешь расслабиться, ты все время в каком-то напряжении. Я буду учиться расслабляться, я уже постепенно к этому прихожу, потому что большую часть времени, последние 10 лет, что я жил в Москве, или 9, так скажем, я существовал в каком-то определенном цейтноте. И это хорошо, и я не переживаю, правда. Я понимаю прекрасно, что нужно уметь отдыхать, что нельзя забывать об отдыхе, потому что это очень важно, потому что как хорошо ты отдохнешь, так же хорошо ты и поработаешь, об этом говорят все нормальные артисты. Но у меня не было времени отдыхать, просто потому, что я понимал прекрасно, сколько дел мне нужно сделать, и как важно мне успеть сделать то, что я сделал. Джастин Тимберлейк стал популярным гораздо раньше, чем мы можем себе это представить. У Робби Уильямса в 25 лет уже было три мультиплатиновых диска, у Рикки Мартина тоже самое.

Все они не жили в России.

Это говорит о том, что здесь быть популярным, здесь быть востребованным, это настолько непонятная вообще ситуация, как продлить свою популярность, как сделать так, чтобы ты был интересен на протяжении десятилетий, как сделать так, чтобы то, чем ты занимаешься, всегда отвечало желаниям публики, как сделать так, чтобы твое внутреннее чутье тебя не подводило, вот эти вопросы, они обычно встают перед людьми, которые занимаются в этой стране творчеством, и уметь отвечать на эти вопросы и находить на это правильные ответы, это адский труд. Я очень хочу, чтобы все-таки мое внутреннее чутье меня не подводило, безусловно, но при этом, тогда с тобой рядом должны еще и работать профессионалы. Чем дальше я двигаюсь, тем больше у меня людей вокруг, которые мне помогают, и, слава Богу, что, собственно говоря, это начинает работать уже как такая, большая структура, команда.

Я тебя понял. Такой вопрос, я думаю, уже почти последний. Чем бы еще хотелось заняться помимо? Все-таки, много чего уже. Может быть охота бобслеем – боб погонять, я не знаю, как принц Монако. Что вот еще?

Не знаю, честно говоря, все, чем я занимался в порядке хобби, становилось моей профессией. Поэтому, если когда-нибудь произойдет то, о чем меня очень часто спрашивают: «Тимур, а не хотите вы заняться выпуском линии одежды?» Я на самом деле хочу.

Чего я протупил и не спросил!

Я тебя умоляю! В общем, я могу сказать, что и этим тоже хочется заниматься. Хочется заниматься большим количеством вещей, и я могу сказать, что…

Это модно, но не нравится.

Не хочется просто, с одной стороны, распыляться, с другой стороны не хочется перестать удивлять. Хочется каждый раз делать что-то, что заставит, во всяком случае, людей обернуться или кликнуть в Интернете на эту ссылку, что-то новое сделал, и они открыли и увидели, что ты не голый на столе станцевал, а сделал что-то полезное и приятное.

Почему бы, кстати, не станцевать голым на столе?

Это не ко мне.

Ну, хорошо. Тимур, удиви теперь наших зрителей, пожелай им что-нибудь хорошее. Прямо вот в эту камеру.

Дорогие друзья, а вы действительно дорогие и друзья, если вы смотрите эту программу, а тем более, если вы досмотрели до этого момента, кем, как не друзьями вас назвать. В мире происходят разные вещи, от мирового кризиса до поджога торфяников. Некоторые говорят, их подожгли специально, я сейчас об этом. Все, что вам нужно, это любовь, и это не только слова Пола Маккартни и Джона Леннона, это слова тех, кто понял, что это может спасти вас всегда и везде. Любите друг друга, любите своих близких и находите хотя бы капельку позитива в том, что вас окружает, и это спасет вас в любой ситуации. Помните о том, что что-то хорошее всегда где-то есть. И более того, скажу вам честно, это хорошее всегда где-то рядом.

Так вот он, какой Кашпировский, оказывается. Я то и не знал. И самое главное, наверное, умейте смеяться над собой, мне кажется, это чувство самое верное.

Уж как это важно.

Да, но это уже не Кашпировский, это я, Михаил Скрипач, вам говорил. Тимур Родригез был в нашем эфире. Кстати, все-таки, в конце концов, «с» или «з» в конце?

В конце буква «з», но каждый раз объяснять людям, что не надо проверять мою фамилию правописание в Интернете, когда я приношу вам своей рукой написанную фамилию, это не представляется возможным каждый раз.

Поставим все точки над «i» уже, в конце концов.

В конце моей фамилии буква «з», но, если так произойдет, что все-таки, количество «с» в Интернете превысит букву «з», мне придется просто ее сменить даже на своем официальном сайте, и все задышат спокойно. Хотя уже есть люди, которые переучились писать «с» и пишут «з», поэтому мне придется их, собственно говоря, обратно заставлять разучиваться? Ни в коем случае. Делайте так, как вам приятно, друзья. Не напрягайтесь. Я, Тимур Родригез, и пусть для вас это звучит так же просто, как и пишется.

Всем пока-пока!

Счастливо!