Вадим Казаченко: «Ради меня жена пробьет любую стену»

Эксклюзивный фоторепортаж специального корреспондента KM.RU Игоря Варнавского

Он родился в Полтаве. Будучи еще совсем юным, увлекся самодеятельностью и в 14 лет стал участником школьного вокально-инструментального ансамбля. С тех пор музыка – главное увлечение в жизни Вадима Казаченко, но родители будущей звезды не воспринимали желание сына быть артистом всерьез, они пророчили ему иную карьеру. В итоге, сцену Вадиму пришлось заменить строгим режимом военного училища, правда ненадолго, ведь, как известно, пути господни неисповедимы. Творчество нашло певца даже в стенах учебного заведения.

Вадим: Я подал заявление в военное училище, поступил туда, как-то себя настроил, и в семье воцарился мир, перестали спорить бабушка, дедушка, мама, папа о том, «когда же он будет человеком», вроде бы встал на правильный путь, пошел учиться. На первом курсе практически тут же, во-первых, на меня навесили какую-то общественную работу, назначили командиром отделения, присвоили звание младшего сержанта, избрали комсоргом взвода, потом я еще был каким-то там батарейным и дивизионным запевалой, на вечерних поверках, прогулках, эти строевые песни, все это я пел. Окончилось все тем, что однажды замполит дивизиона прочел мое личное дело, вызвал меня и сказал: «Товарищ младший сержант, у вас написано, что вы через дорогу в городском ДК на танцах пели». Я говорю: «Да, было такое дело». Он продолжает: «На первом курсе нет самодеятельности, подумайте». Через 1,5 месяца смотр в училище традиционно перед Новым годом, смотр самодеятельности, должен быть ансамбль. Тогда все должно было быть, должны были быть спортсмены, должны были быть художники, и всех этих людей, естественно, находили среди курсантов. Что говорить, через две недели был, естественно, создан вокально-инструментальный ансамбль. Меня, конечно, немножко злила эта ситуация, потому что, как и многие люди в жизни, я не люблю, когда меня что-то заставляют делать, и я с удовольствием занимался тем, что нравится и чем хотелось заниматься. Когда тебя заставляют чем-то заниматься, пусть даже, как оказывается, тем делом, которое тебе нравится, но которое ты решил отставить в сторону, то это, в общем-то, мне не очень нравилось, и я подумал: хорошо, я тогда вам сейчас устрою. И была создана группа «Окно в мир» с соответствующим репертуаром, основу которого составляли песни группы «Машина времени», «Воскресение» и иностранные песни, спетые на русском языке. Я думал так, сейчас я им дам такой репертуарчик, а меня быстренько вызовут, дадут по голове и закроют все это дело, и я спокойно буду жить дальше. Произошло ровно наоборот, кончилось все тем, что через год я стал писать рапорты. Мы имели большую популярность у себя в училище, к нам на концерт на парочку выступлений зашли музыканты из военного оркестра, там была тоже своя группа, было три человека и не хватало четвертого, и они предложили помузицировать с ними. В общем, это все закончилось гастролями по Полтавской области на втором курсе, и стало понятно, что совместить это все невозможно.

На профессиональной сцене Вадим Казаченко выступает с 1985 года. Первым успехом во всесоюзном масштабе стало сотрудничество певца с группой «Фристайл», однако уже в 1992-ом артист отправился в сольное плавание. Именно в период самостоятельной работы в свет вышел самый продаваемый альбом 1993–1994 годов в стране «Все сначала». Карьера Вадима складывалась очень удачно, у него были грандиозные планы и огромное желание творить, но дефолт 1998-го и сложная ситуация в стране не прошли мимо артиста.

Вадим: В 1992-ом я начал работать самостоятельно под своим именем. То, что я скажу сейчас, может вызывать удивление у тех, кто занимается непосредственно шоу-бизнесом, но я никогда не мог работать не рефлексируя, потому что 1992-93-94 – самые жуткие в гастрольном смысле годы. Почему? Да потому что около 300-х дней в году я находился на гастролях, а страна разваливалась на глазах, разрушалась, и жизнь становилась у людей все хуже и хуже с каждым днем. И на этом фоне я стал просто психологически перегружаться. С осени 1996-го до лета 1997-го мне еще пришлось решать проблемы другого характера, поскольку мой бывший директор, если сказать по-простому, пытался травить меня бандитами. У него были какие-то люди, которым он платил деньги, а после того, как я с ним расстался, естественно встал вопрос о том, что они теряют деньги, сам по себе он не может столько платить и, в общем, до лета 1997-го у меня в Москве происходили страсти-мордасти такого криминального характера. Все решались вопросы, я ездил на встречи, так называемые, отвечал на вопросы и пытался решить этот конфликт, я боролся за свою самостоятельность и независимость. И к лету 1997-го, когда эта проблема была закрыта, я уехал на месяц летом в Германию на гастроли, были организованы заранее договоренности, что и осенью я поеду еще на месяц, потому что нужно было в то время побыть подальше от Москвы. И когда к осени 1997-го все это успокоилось окончательно, и я с удовольствием вздохнул, весной 1998-го года съездил в Америку на очередные гастроли, привез новые компьютеры, какую-то новую одежду, записывались новые песни, готовился новый альбом, и тут пришел дефолт.

«Я всегда занимался любимым делом, а не строил карьеру» – говорит Вадим, может быть, поэтому он следовал простому принципу «относись к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе». Вот только оказалось, что шоу-бизнес живет по своим законам, и когда певцу потребовалась помощь так называемых друзей, рядом никого не оказалось. Светом в конце тоннеля для Вадима стала его нынешняя супруга и директор в одном лице – Ирина Аманти.

Вадим: Когда мне в конце 1996-го – 1997-ом году пришлось обратиться все-таки самому к некоторым из тех, кто имел возможность помочь мне иметь постоянный доступ к медиа, по крайней мере к телевидению, к некоторым знаковым и главным программам, которые были тогда в стране, к моему удивлению мой романтический расчет на то, что… У меня было все очень просто, в течение 4–5 лет я многим людям шел навстречу, уступая просьбам известных людей (многие из них работают по сей день): войти в их положение, выступить в цирке, где я не выступал уже в то время, выйти на концерт, когда я лежу с температурой, – «не отменяй, пожалуйста, это так важно для нас, выручи нас, пожалуйста, выступи вместо того-то, билеты чьи-то не продаются, можно мы повесим твои афиши, мы знаем, что билеты продадутся». Так я прожил 5–6 лет, а потом мне пришлось обратиться к этим людям. Они мне сказали лишь добрые слова, ничего не могу сказать, ни одного плохого слова, но мне нужен был всего лишь один маленький шаг, я ожидал реальной помощи. Слова — это слова, пойдите мне навстречу и сделайте то, о чем я вас сейчас прошу, – «нет, мы не можем этого сделать, это не в наших интересах сегодня, ты можешь и без нас обойтись». Хорошо – сказал я. Это и называется паузой в моей карьере, якобы пауза, которая возникла практически с 1998-го до 2005-го года, пока не появился человек, который вдруг решил поменять эту ситуацию. Ирина Аманти взяла на себя эту тяжелую ношу и каким-то образом с этим всем справляется, самое забавное то, что она сама как-то решилась этим заниматься. Я ее практически в течение полугода пытался отговорить от всего этого, рассказывал о том, что биться головой об стену совершенно неблагодарное занятие. Но ей хотелось пробовать, и да – какие-то из этих стен на сегодняшний день она пробила. Опять возникла какая-то структура, какое-то движение, появились интервью, телевизионные съемки, худо-бедно страна стала узнавать о том, что я живу, работаю. И несмотря на то что даже в течение этих 4-х лет с 2005-го я довольно часто рассказываю всю эту историю, тем не менее многие задают вопрос – зачем было делать паузу в этой карьере? Все очень просто, я не строил свою карьеру, я всю жизнь занимаюсь своим любимым делом, но то, насколько это известно людям, это уже, честно говоря, зависело всегда не от меня. Если находились те, кто интересовался мною и рассказывал об этом, то люди об этом знали немного больше. Были времена, когда я, в общем-то, и должен был отдохнуть от всего этого для того, чтобы потом опять оставались силы.

Благодаря усилиям своей второй половины творческая жизнь Вадима Казаченко сегодня бьет ключом. Все как в старые, добрые времена, только нет того безумного графика, в котором он с трудом находил место для себя самого. Теперь в жизни певца все куда более гармонично, работа и личная жизнь наконец-то идут рука об руку.